Судьба бастарда

Лошади визжали, всадники падали, но те, кто оставался живым, всё равно пытались преодолеть разделяющее нас небольшое расстояние и тоже падали, сражённые винтовочными залпами.

Когда картечница, наконец, замолкла, и дым рассеялся, на месте был только хаос: искалеченные лошади, павшие всадники, остатки кавалерийской части, которая, казалось, была снесена одним махом.

– Это было настоящее избиение, – сказал Андрей, оглядываясь. – Не верится, что нам удалось их так быстро перебить.

– Это война, – ответил я, сжимая зубы.

 – И в ней нет ничего романтичного. Это кровь, грязь, смерть и страдания.

От атаковавшего нас противника не осталось ничего, кроме нескольких испуганных лошадей, которые пытались освободиться от застрявших в стременах своих убитых седоков и вырваться на свободу. Мы стояли, глядя на заваленное трупами поле, когда я заметил, что Саймон, явно всё ещё под впечатлением от битвы, продолжает крутить рукоять картечницы, как если бы не замечал, что атака уже закончена.

– Саймон! – громко крикнул я, подойдя к нему и давая подзатыльник.

 – Хватит, мы их уже всех покрошили!

Он слегка покачнулся, обернулся, ещё не совсем осознав, что произошло. Его взгляд был немного растерянным, глаза красные и тусклые от шока. Он не сразу понял, что я говорил, ведь контузия всё ещё сказывалась.

– А, да?.. – пробормотал он, слегка дёрнувшись, когда понял, что я имею в виду. – Увлекся немного.

Раздалось пару чуть слышимых смешков, которые через мгновение превратились в оглушительный хохот. Сказалось нервное напряжение, и ребята таким образом сбрасывали его.

Как следует прохохотавшись, я отдал команду:

– Собирайте всё оружие, боеприпасы и, если сможете, вытащите хотя бы одного калдарийца живым!

Сам я присел на камень, немного отойдя от стресса, и начал обдумывать сложившееся положение. А оно не радовало. Нас было всего 80 человек, и, судя по всему, между нами и калдарийцами больше никого не было. Иначе как бы калдарийцы так беззастенчиво разгуливали по этим землям, словно не испытывая ни малейшего страха перед нашей армией?

Было два варианта действий.

Одним из них было побыстрее убраться отсюда вглубь своей территории. Таким образом мы с большой вероятностью остались бы живы. Но сзади, за нашими спинами, виднелись очертания мирного городка, где уже начали собираться люди, побросавшие свои дома и имущество, спешно направлявшиеся подальше от родных мест, чтобы укрыться от войны. Там были паника, страх за свою жизнь и судьбу. А значит, нам оставался второй вариант.