Судьба бастарда

В её глазах мелькнул тот самый свет, который я так часто видел, когда она была рядом. Я почувствовал, как связь между нами становится сильнее и нашу любовь ничем невозможно разрушить.

В тот же день, как только мы нашли кольца, мы с Софи обвенчались, связав свои жизни перед Богом. Венчание прошло тихо, но, несмотря на простоту церемонии, мы почувствовали, что начали новый, важный этап в своей жизни. Софи была прекрасна, в её глазах горел тот же огонь, что я видел с первого дня. И, несмотря на скромность обстановки, я был уверен, что этот день стал самым важным для нас обоих.

На следующий день мы уже стали маркизой и маркизом дель Вайсберг. Император, награждая меня титулом, присвоил мне также звание подполковника и предоставил три недели отпуска для того, чтобы я мог устроить свои личные дела. И вот за это я был ему особенно благодарен. Это для меня было важнее титула, фамилии и нового звания.

Мы с молодой женой поселились у Лизы. Мама встречала нас с теплом и радостью. К Софи она отнеслась с первого же дня как к дочери.

Лиза тоже приняла нас с открытым сердцем, и я знал, что она понимает, как тяжело мне возвращаться в дом отца, где каждый уголок напоминал о нём и его семье.

– Ты знаешь, я помогу вам, как только поправлюсь, – сказала мне Лиза. – Софи и мне нужно будет привести отцовскую усадьбу в порядок. Тогда вы сможете жить там, как семья.

Я кивнул, и мы стали обсуждать планы на будущее.

Но война не ждала. Три недели отпуска пролетели как один миг, наполненные любовью и нежностью и мечтами о будущем.

Я снова сидел в поезде, под стук колёс, направляясь к новым фронтам, к новым испытаниям, которые меня ждали. Но теперь в моём сердце и в моей душе была Софи, и это придавало мне сил.

– Не переживай, я буду ждать тебя, – сказала она, провожая мен. – Я верю, что все будет хорошо. Ты вернешься, и мы будем вместе.

Её слова были для меня словно благословение. Но война была жестокой, и я знал, что случиться может всякое. Тем не менее я был готов бороться за наше общее будущее. Теперь мне было ради кого жить.

Земля содрогнулась от очередного мощного взрыва, и с потолка блиндажа на стол посыпалась порция земли. Андрей раздражённо стряхнул её с карты, стараясь сохранить видимость порядка.

– Да когда ж они угомонятся уже? – вздохнул он, потирая глаза. – Третьи сутки долбят без передышки. Прямо ни вздохнуть, ни подумать нормально.

Я, сидевший напротив и перебирающий сводку о потерях, поднял взгляд:

– Если угомонятся, это ещё хуже. Станет подозрительно.