Судьба бастарда

Уж не знаю, что ему удалось там расслышать, но он буквально за шкирку притащил меня в музыкальную школу. К сожалению, места остались только по классу фортепиано, и меня, не слушая мои горестные вздохи, туда и записали. И неожиданно мне это понравилось. Оказалось, что и слух у меня есть, и способности.

Погружённый в воспоминания, навеянные музыкой, я не заметил, как в дверях появилась Лиза. Она стояла, потрясённая, вслушиваясь в мелодию. Едва последние ноты растворились в воздухе, как я услышал позади её тихий шёпот:

Я вздрогнул от неожиданности и обернулся.

Она стояла поражённая и её и без того большие глаза стали совсем анимешными. Было видно, что она потрясена не только самой музыкой, но и тем, что эту прекрасную музыку играл тот, кого она ненавидела и презирала всей своей душой. На мгновение задумавшись, я ответил:

– Это… я сочинил. Когда прогуливался в парке.

– Но это… Это просто чудесно, – Лиза от восхищения не сразу подобрала слова.

 – Этого просто не может быть, но я сама, своими глазами это вижу и слышу своими ушами. Это просто чудо!

Лиза подошла ближе, её взгляд смягчился. Она не стала ни дразниться, ни спрашивать больше. С тех пор отношение Лизы ко мне начало постепенно меняться. Она словно увидела нечто новое, и со временем мы начали собираться в музыкальном салоне всё чаще.

Наши совместные встречи у инструмента стали маленькими праздниками. Лиза, пусть и сдержанно, но всё же проявляла ко мне тёплое отношение.

Однажды она предложила сыграть в четыре руки. Мы уселись рядом, и я с удовольствием отметил, как смешно её рука путалась с моей на клавишах, и как иногда, смеясь, мы сбивались, создавая мелодию, похожую на дружеский диалог.

Так, через музыку, между нами возникло едва заметное понимание, тёплое, неявное, но крепнущее с каждым днём. И Лиза, казалось, наконец-то увидела во мне не просто чужака, а того, с кем можно было провести время, делая то, что оба любили.

Прошёл почти год с тех пор, как я начал обучение и погружение в новые жизненные реалии. За это время я успел не только освоить необходимые для своего возраста предметы, но и изучить больше, чем требовалось. Учитель, прибывший из столицы, был поражён моими способностями и вскоре пришёл в настоящий восторг от любознательности, рассудительности своего ученика и стремления узнать как можно больше.