Судьба бастарда

– М-м-м… надеюсь, мои манжеты не пострадают, господин Вельден, – усмехнулся я, разглядывая его приборы и оборудование.

– Это ты можешь надеяться на лучшее, юный изобретатель! А я как знаток химии скажу: первый закон нашего ремесла – не верь ничему до второго опыта, – подмигнул он. – Ладно, начнём с вязкости. Тебе нужно, чтобы чернила не вытекали, но текли достаточно плавно, чтобы этот твой шарик мог их ловить. Так? Ну, наберись терпения, Эрвин, химия – вещь неспешная.

Мы с ним провели много опытов, пробуя различные комбинации. И каждый раз, когда очередной состав был слишком жидким или слишком густым, Вельден традиционно отпускал новую шутку:

– О, новый рекорд! На этот раз чернила сами побежали из колбы. Видишь, Эрвин, вот это, как говорится, «чернила с характером».

Я смеялся, глядя, как он продолжает мешать состав, не обращая внимания на чёрные пятна, появляющиеся у него на пальцах.

– Может, они просто не хотят работать на меня? – усмехнулся я, глядя на разбегающиеся чернила.

– Ах, нет, нет, мой юный друг! – серьёзным тоном ответил он, но глаза его смеялись. – Это мы просто ещё не показали им, кто здесь главный. Поверь мне, когда мы добьёмся нужной вязкости, чернила будут на нашей стороне.

Так, после множества экспериментов и шуток, нам, наконец, удалось создать нужный состав. Чернила теперь были достаточно густыми, чтобы не вытекать, и при этом достаточно текучими, чтобы шарик захватывал их на поверхность.

– Вот теперь я понял, как чувствуют себя художники, – произнёс господин Вельден, смешивая зелёные чернила. – Правда, картины у нас, Эрвин, получаются скорее абстрактные!

Мы оба смеялись, наблюдая, как наши руки покрываются пятнами разных цветов.

– Эх, ну что ж, Эрвин, видимо, синих чернил у нас не будет. Как говорится, синь – она не для всех, – подмигнул Вельден, глядя на пустую пробирку, в которой должна была быть синяя смесь.

– Ну, и ладно, – сказал я, довольный нашими успехами. – Пусть будет так, как есть.