– Я не собираюсь умирать на виселице Битона.
– У тебя есть план побега?
– Нет. Но он был до того, как меня бросили сюда, а теперь мне нужно придумать нечто новое.
– Не хочу хвастаться, но если бы отсюда был какой-нибудь выход, думаю, к этому времени я бы его уже нашел.
– Возможно. Но как бы то ни было, я, обманув стражника, выбралась из запертой комнаты в Донкойле, прошла по галерее прямиком к воротам – и никто меня не остановил. Я должна придумать, как вытащить нас отсюда! Сложнее всего найти способ открыть эту дверь.
– От свободы нас отделяет целая толпа вооруженных до зубов Битонов, но это, конечно же, просто пустяк.
– Разумеется.
– Могу я спросить, почему брат бросил тебя под замок, да еще и приставил стражу?
– Можешь.
– Но ты, скорее всего, не ответишь, не так ли? – лукаво улыбнулся Эрик. – Тогда как насчет простого вопроса – кто ты?"
"– Мэлди Киркэлди, – ответил хриплый голос, от которого у Мэлди по спине побежали мурашки.
Не отрывая взгляда от Битона, Мэлди обняла Эрика: то ли в попытке защитить мальчика, то ли – утешить себя.
– Как трогательно, – продолжил Битон, наклонившись к дверному засову. – Похоже, ублюдок моей жены и мое собственное отродье объединились против меня. Ну что ж, эта дружба долго не продлится.
– Вы не можете ее повесить, – выпалил Эрик, подталкивая Мэлди за спину, чтобы прикрыть ее от колючих глаз Битона собственным телом.
– Ну что ты, парень, конечно, могу.
– Но она же всего лишь хрупкая девушка.
– С очень острым кинжалом. Она пыталась меня убить, парень.
Пыталась убить собственного отца. Даже церковь одобрила бы эту казнь.
Мэлди вырывалась из легкой, оберегающей хватки Эрика.
– Будто тебе не все равно, что думает церковь. Тебя должны были отлучить от нее много лет назад. Видимо, ты безгранично щедр, раз священники продолжают отпускать твои грехи.
– Не волнуйся за мою душу, дочь. Я покаялся и исповедался во всех грехах.
– Молюсь, чтобы этого оказалось недостаточно – ты заслужил адовы муки.
– Но ты отведаешь их первой. Перед смертью ты должна получить отпущение грехов, не забыла? – Он улыбнулся, заметив ее внезапную бледность.
– Для той, кто чуть не убил родного отца, отпущение грехов – единственное спасение от Геенны Огненной. Какая жалость, что я не смогу найти священника.
– Тогда надейся, Битон, что исповедь и ложная набожность заслужат тебе путь на небо, потому что я буду ждать тебя в аду. Вечно. И заставлю страдать за все твои злодеяния.
– Битон, ты должен привести священника, – сказал Эрик.
