Нельзя было позволить Гризель избежать наказания: ни из-за того, что она была стара, ни из-за того, что она была женщиной.
– Может быть, как раз это тебя и тревожит? Что она была старой женщиной?
- Да, похоже, что так. Очевидно, не стоит недооценивать женщин, с которыми мне приходится иметь дело. Думаю, они могут быть так же опасны, как и любой мужчина.
Пытаясь побороть внезапно охватившее ее смущение, Мэлди занялась тесемками его рубахи. Она понимала, что Балфур говорит вовсе не о ней и лишь собственное чувство вины заставляет ее так думать.
Ему только что пришлось разбираться с Гризель: с ее ложью, хитростью и совершенным ею убийством. Несомненно, именно это он и имел в виду, упоминая об опасности, которая могла исходить от женщины. Мэлди убеждала себя, что не стоит так бояться разоблачения: никто не знает, кто она на самом деле, даже сам Битон.
На какое-то мгновение ей захотелось во всем признаться Балфуру. Необходимость взвешивать каждое слово и постоянный страх, что правда раскроется прежде, чем она будет готова признаться, грозили свести ее с ума.
Но затем к ней вернулся рассудок. Она обязана исполнить клятву, данную умирающей женщине, или у нее нет чести. А если Балфур разоблачит ее, Мэлди вполне может потерять всякую возможность сдержать обет.
Боль, вызванная откровениями Гризель и тем, что тебе пришлось сделать, пройдет, - наконец выговорила она. - А если подобный опыт научил тебя осторожности, так ли уж это плохо?
- Нет.
- Он начал распускать шнуровку ее платья. - Так много дел требуют моего внимания. - Он поцеловал впадинку за ее ушком.
- Да, ты пренебрегаешь своими обязанностями.
- Пускай, думаю, я заслужил пару приятных минут.
- Только пару? - прошептала Мэлди.
Рассмеявшись, он поцеловал ее. Мэлди задумалась: утихнет ли когда-нибудь ее острая потребность в нем? И от всего сердца пожелала, чтобы это оказалось так. Если ей суждено расстаться с Балфуром, она не хотела бы провести остаток жизни, изнывая от желания к мужчине, с которым никогда не будет вместе.
Предательская мысль, что вскоре, возможно, придется отказаться от удовольствия, которое дарил ей Балфур, только подстегнула желание Мэлди, и девушка нетерпеливо ответила на поцелуй.
Она тихонько застонала, когда он отбросил прочь остатки одежд и их тела наконец стали единым целым. Ей казалось, что она никогда не испытывала ничего столь прекрасного.
