Ну раз на неё не наорали, и не сказали нельзя, то значит, можно.
Сара прикрыла за собой тяжёлую дверь и бегло осмотревшись, направилась к мужчине.
Алишер как настоящий царь восседал в просто огромном кресле, которое было украшено черепами, скрещенными костями и какими-то ещё подобными жутиками. Само кресло было обито чёрной кожей. И к слову сказать, Алишер весьма грозно и внушительно смотрелся в этом даже не кресле, а троне.
Сара села в кресло напротив Алишера, которое было абсолютно обычным, без всяких украшений.
— Я пришла поговорить о… Мариям. Точнее, об её учебной программе, — начала Сара, но не договорила, как её прервал Алишер.
— Я разрешаю тебе общаться с МОЕЙ дочерью, но лезть в её процесс обучения тебе запрещено. Вопрос закрыт. Что-то ещё?
Его тон был резким, не терпящим возражений.
«Значит так, да? Чую, даже доводы слушать не будет», — подумала Сара. — «Что ж, придётся стать серым кардиналом. Когда я тебя завоюю, дорогой мужинёк, ты будешь всегда прислушиваться к моему мнению».
— Да, есть кое-что ещё.
Дома осталась моя верная горничная, Лейла. Я бы очень сильно хотела, чтобы она приехала сюда…
— Нет.
— Алишер, ты даже не дослушал.
— Всё равно нет.
— Да тебе жалко что-ли?! — не выдержала Сара.
Он наконец-то поднял голову от свитков и, недобро сверкнув зелёными глазами, холодно ответил:
— Твоя служанка работала в доме твоего отца. Я не доверяю Крэйну. В моём замке находятся только проверенные люди, и я не собираюсь подвергать опасности свою семью. Так что забудь. Я предоставил тебе хороших горничных.
«Ага, ага. Только они, чёрт тебя возьми, Алишер, зомби! А в будуаре мне прислуживает скелетина! Просто зашибись!» — у Сары только что пар из ушей не пошёл от негодования.
— Алишер, там не простая ситуация. Да, Крэйн, то есть, отец хотел, чтобы Лейла поехала со мной и доносила ему о том, как я тут живу. Она мне всё рассказала и не могла не согласиться на требование моего отца, так как он пообещал разорить её семью в случае отказа. — Сара подняла на него глаза.
— Я обещала ей помочь. Обещала, что не брошу. Алишер, я дала слово.
Мужчина тяжело вздохнул и с минуту смотрел на Сару немигающим взглядом. Девушка даже ёрзать начала от этого пронзительного и неуютного взгляда.
Но тут некромант моргнул и ответил:"
"— Я тебя услышал. Раз ты моя жена и дала слово, то тяжесть этого обещания ложится и на меня. Я всё равно не возьму твою горничную на работу, тем более после того, что я услышал, Сара.
Сара зло скрипнула зубами.
