— Я хочу, чтобы ты знал главное, Алишер — я дорожу тем, что у меня сейчас есть; тобой; нашими ещё совсем непрочными, но отношениями; малышкой Мари. Я дала клятву у алтаря и не собираюсь её нарушать. Но есть кое-какие сведения обо мне, о которых ты обязан знать. Семья, построенная на тайнах и на лжи, не может считаться семьёй.
Она вздохнула.
Клятва, данная у алтаря. Любить, чтить и во всём слушаться супруга.
А ещё она пообещала комфорт, наслаждение и счастье — но без правды, какое счастье можно построить?
— Я тебя внимательно слушаю, — заговорил Алишер, сложив руки на груди.
И правда, её молчание затягивалось.
— Просто сложно говорить такие вещи… Только прошу тебя, дослушай меня до конца и не перебивай, хорошо? — попросила Сара и даже ладошки сложила в молитвенном жесте.
Алишер лишь кивнул.
Вздохнув в очередной раз, словно она пыталась ухватить последний живительный глоток воздуха и заговорила:
— В одном далёком мире и в одной далёкой стране, жила девушка. Точнее, уже и не девушка вовсе, а зрелая женщина.
У неё не было родителей, не было детей и на тот момент не было и мужа. Одной радостью оставалась только работа и ещё сладости. Но в определённый момент жизни и они перестали приносить ей хоть какое-то удовлетворение. Этой одинокой женщине хотелось только одного — простого женского счастья. Хорошего мужа, которого с радостью встречала бы с работы. Ей хотелось целовать спящих детей в мягкие тёплые макушки, поправлять им одеяльца. Засыпать в надёжных объятиях мужа и встречать новый день со всей семьёй за большим столом.
Ей хотелось состариться с этим мужчиной. Увидеть внуков, может даже и правнуков. Большая мечта была у женщины, чтобы был дом, наполненный детским смехом. Чтобы рука об руку она шла с одним-единственным мужчиной, до самой смерти. Именно об этом мечтала женщина.
Сара смахнула набежавшие вдруг слёзы на глаза и сглотнула образовавшийся горький ком в горле. Она вдруг живо представила, как Алишер крепко её обнимает, рядом с ними находится хохотушка Мари, а сама Сара ждёт их с Алишером сына.
Ах, если бы всё так и сбылось!
Она подняла влажные глаза на мужчину и вздрогнула; Алишер смотрел на неё хмуро, зелёные глаза неестественно ярко блестели.
Но первые слова уже сказаны, назад дороги нет, нужно идти только вперёд. И как сложится её судьба после признания, неизвестно. Всё будет зависеть от Алишера.
Сара облизнула пересохшие губы и продолжила свой рассказ.
— Однажды, женщина попала на приём к гадалке.
