Та сказала, что умеет менять человеческие судьбы. Для этого нужно было лишь сказать, какую судьбу желаешь. Женщина перечислила важные для себя критерии счастливой жизни. Гадалка предупредила её, что вернуть всё назад будет невозможно. Она согласилась.
Сара замолчала на мгновение и наконец, произнесла самое важное:
— Следующим утром, женщина проснулась в другом мире и в другом теле. Гадалка не обманула, она исполнила… Она исполнила моё желание. Алишер, я родилась и выросла в совершенно другом мире.
Я Сара только внешне. В этом теле находится душа другой женщины. Мне тридцать пять лет, Алишер. И признаваясь тебе во всём этом, я не знаю, чего ждать. Мне страшно. Но я хочу, чтобы ты знал — я не притворялась и не играла ни в какую игру, Алишер. Я приняла новую себя… Примешь ли ты меня такую…
Она выдохнула.
— У меня всё. Прости, если мой рассказ вышел сумбурным и непонятным.
Сара замерла, ожидая приговора, но Алишер молчал. Его губы были плотно сжаты, вся поза выдавала напряжение мужчины.
— Переселение душ… — произнёс он хрипло спустя несколько минут.
— Д… да, наверное. То есть, да. — Ответила Сара. Она чувствовала, как у неё бешено колотилось сердце в груди, норовя вырваться наружу, даже начала кружиться голова. Ладошки сильно вспотели. Ей хотелось взять и исчезнуть. Рассыпаться на атомы, чтобы не видеть только этого тяжёлого взгляда Алишера.
Он вдруг резко поднялся со скамьи и грозно приблизился к ней. Сара сжалась вся. Она не знала, что будет.
Вдруг ему захочется провести с ней какой-нибудь эксперимент?
Но Алишер вдруг опустился перед ней на корточки и спросил:
— Что стало с душой Сары?
Она моргнула и замотала головой.
— Я не знаю. Возможно, она заняла моё место… Не знаю. То есть, ты мне веришь?
Алишер долго всматривался в её лицо, словно пытался прочесть что-то и сказал:
— Светлая богиня Адиза могла изменить ваши судьбы. Но в том случае, если изначально вы были не на своих местах.
— Ооо… — произнесла Сара.
— Как она выглядела? — спросил Алишер.
— Кто? — не поняла Сара.
— Гадалка. Как она выглядела?
— Эм… Пожилая женщина, лет шестидесяти, может больше, может меньше. Лицо приятное. Невысокая. И у неё были красно-рыжие волосы, — рассказала Сара.
Алишер криво ухмыльнулся.
— Пошли, — сказал он.
— К…куда? — икнула от страха Сара. — Что со мной теперь будет?
— В кабинет, — ответил он. — А насчёт того, что будет, я пока не решил.
