Судьба

Она оттолкнула меня, кричала, что думала, будто я другой. Просила уйти и не появляться в ее жизни. Тогда меня охватил гнев, эти слова задели мое самолюбие – ни одна женщина не вышвыривала меня. Я нес ей какую-то чушь про то, что не возвращаюсь. Я и сам тогда верил в свои слова. Просто вдохнул ее запах, пытаясь его запомнить. Ушел, громко хлопнув дверью.

Всю неделю пытался не думать о ней. Хотел выкинуть из головы. Сравнивал с другими женщинами и все больше понимал, что она не такая. Она одна единственная. Такой больше нет.

И мне чертовски повезло, что я встретил ее. Сам на себя злился за эти мысли, пытался уйти в работу. Забыть. Вычеркнуть. Но ни работа, ни алкоголь не помогали. Становилось только хуже."

"В один из вечеров я сорвался и опять трахнул Яну. Просто вымещая на ней весь свой гнев, злобу и отчаяние. Я делал это с изощренной жесткостью. Доводя ее до слез, смотрел, как они катятся по ее раскрасневшимся щекам. Мой зверь ликовал и просил большего. И я давал ему все, что он хотел. Яна кричала как резаная, получая свой мазохистский кайф.

Раньше говорил, что не унижаю. В тот вечер я унижал. Ставил на колени, заставляя ползать у моих ног. И она смиренно выполняла мои приказы и, скуля, просила еще. После всей этой грязи Яна была опустошенной, но очень довольной. Она льнула ко мне, как кошка. Я оттолкнул ее, выгнал. Бросил вслед, чтобы не обольщалась, это была разовая акция. Да, я самоутверждался. Что и кому я хотел доказать?

На следующее утро я сам себе стал омерзителен.

Даже пытался извиниться перед Яной. Но эта чертова мазохистка смеялась мне в ответ, говоря, что кто бы ни разбудил этого зверя во мне, она была рада с ним познакомиться и была бы не прочь все повторить.

Следующим вечером я четко понял, что все мои принципы могут катиться на хрен. Я хотел видеть Елизавету. Хотел чувствовать и ощущать ее. Хотел вдыхать ее чистый цитрусово-ванильный аромат, сжимая в своих объятиях.

И никак не ожидал увидеть ее в своем клубе. Вот так просто. Она сидит напротив меня.

Какой-то белобрысый мудак рядом нагло сжимает мою девочку.

Я держался как мог, не хотел вмешиваться. Хочет быть с другим – пусть будет. Внутри все кипело, сжигая внутренности, выворачивая их наизнанку. Хлестал виски и просто не мог оторвать взгляда от этой парочки. Мысленно я уже придушил и уничтожил их обоих.

Рядом крутилась Яна. Я сорвался, притянул ее к себе, впиваясь жестким поцелуем в губы. Яна была ошарашена. Я практически никогда ее не целовал.