Судьба всегда звонит дважды

Там сосуды магистральные не все смогли восстановить на ногах. Но хотя бы ходить... вернуться к более-менее полноценной жизни. Он уже думает только об этом. И... - Оз вздыхает, хмурится, но говорит дальше: - Он боится. Я чувствую - он, блядь, боится. Да и кто бы на его месте не боялся?!

 У нее масса новой информации для размышления. Благодаря Озу.

 - Спасибо, Гриш. Я могу тебя попросить?

 - Держи меня в курсе, если что, хорошо?

 Оз не спрашивает Машу, почему именно он должен держать ее в курсе.

 - Стас, ты можешь что-то с этим сделать?!

 - Не представляю, каким именно образом, Дмитрий.

 - Мне категорически не нравится, что моя дочь ошивается по кладбищам! Как ей вообще пришла в голову эта идея?! Скажи ей, что это ненормально!

 - Я не могу запретить или указывать художнику, что ему делать.

 - Художнику! - фыркает Тихомиров. - Ну, неужели ей нельзя заняться чем-то нормальным?! Предложи ей что-то! Что-то приличное, а не кладбище!

 - Она работает, - спокойно отвечает Стас.

 - Я тоже, знаешь ли! Днем калымит на свадьбах, вечерами ходит на кладбище и фотографирует! Как это вообще можно совместить?!

 - Маша говорит, - в разговор вмешивается Катя, - что для того, чтобы снимать что-то, чтобы это получилось хорошо, в это надо немножко влюбиться. А она сейчас может... только вот такое...

 - Катя истину глаголит.

 - Бред! - не соглашается Дмитрий.

 - Если я буду испытывать что-то к той женщине, которую оперирую, я ее убью. Врач должен быть равнодушен и отстранен. Но здесь же другое дело.

 - Что за блажь у нее заниматься именно этим?! - Дмитрий устало ерошит волосы. - Зачем ей это?! Ей мало горя, что ее тянет на кладбище?! Или я чего-то не понимаю?

 - А ты действительно не понимаешь? - Соловьев внимательно смотрит на друга.

 - Нет! Что, это приносит ей облегчение - смотреть на горе других?!

 - Ну, не совсем так... Просто это единственное, что она сейчас может нормально воспринимать, видимо. Что может фотографировать.

 - Ну, а свадьбы?! Свадьбы-то ей зачем? Что за американские горки? Ты же сам говорил, что это халтура, а не творчество! Я уже нихрена не понимаю! - Дмитрий почти кричит, но никто его не одергивает.

 - Это то, на чем она может заработать.