Сухарева башня

Тут столько закутков, где можно спрятаться…

– Это не может быть совпадением, – угрюмо бросил Опалин.

– То, что Галя попала под трамвай, а теперь ее сестра исчезла. – Иван мотнул головой. – Это не может быть совпадением…

– Ты же вроде считал, что смерть сестры – несчастный случай. Разве нет?

– Не знаю. Теперь я ни в чем не уверен.

– Не паникуй раньше времени, – попросил он. – Хорошо? И вот что: если на посту стоял этот Кукин, может, он что-то видел? Выясни его адрес, дуй к нему и расспроси.

Опалин понял, что своим присутствием он действует Бруно на нервы, и даже не нашел в себе сил рассердиться.

Он отправился к заведующему и попросил разрешения воспользоваться его телефоном.

Раздобыв адрес Кукина, Иван отправился к трамвайной остановке и примерно через полтора часа был на месте. Милиционер жил на окраине Москвы, в доме, который, очевидно, когда-то был складом, но в душе являлся избушкой на курьих ножках. Так или иначе, вид у него был странный, а некоторые обитатели живо напоминали Кощея и Бабу-Ягу.

Найдя коммунальную квартиру, в которой жил Кукин, Опалин долго стучал в дверь (так как звонка не было). Когда Иван наконец добрался до человека, который был ему нужен, он с первого взгляда понял, что Кукин нетрезв. У жены милиционера, которая нервно ковыряла под ногтями, было заплаканное лицо.

– Девочка? В розовой шапочке? – выдохнул Кукин. – Да не помню я никого.

Опалин понял, что настаивать бесполезно, и предпочел удалиться. Когда он вернулся в «Мосторг», то выяснил, что Бруно уже ушел, и позвонил Петровичу.

– Нашелся свидетель, который видел, как Аня вышла из универмага, – сказал Логинов. – Сбежала она, короче, и где-то бродит. В милицию приметы уже отправили, будут искать…

Опалин поглядел на часы и поехал домой. Там он прежде всего стал расспрашивать, звонил ли ему кто-нибудь за время его отсутствия. Но оказалось, что никто не звонил.

То ли вследствие вчерашнего похмелья, то ли оттого, что ему приснился вязкий кошмар, детали которого по пробуждении забылись, но осталось общее ощущение чего-то мучительно неприятного – одним словом, проснулся Опалин в отвратительном настроении.

Он сразу же вспомнил об исчезновении ребенка, и ему сделалось совсем скверно. Откинув одеяло, Иван влез в штаны и прошлепал по коридору к телефону, по которому болтала соседка в папильотках.

– Мне на работу позвонить, – буркнул Опалин и, чтобы утешить ее, добавил: – Я быстро.

Назвав номер телефонистке, он стал ждать соединения.