Сухарева башня

А зачем он тебе?

– Старый знакомый, – хмуро бросил Опалин, вспоминая Одинокий переулок, убитых товарищей и смертельно раненного Шмидта, который из последних сил пытался ему что-то сказать. – Ты завтра с утра работаешь?

– А чем ты в жизни вообще планируешь заниматься?

– А? – вытаращилась на него Наташа.

– Ну вот сейчас образование можно получить, курсы разные, рабфаки. Ты же грамотная?

– Ну, грамотная, – ответила девушка, но как-то не слишком уверенно, и он понял, что это не самая сильная ее сторона.

– Выучилась бы… ну хоть на машинистку, что ли.

– Почему не могу? Могу. А на машинистку зачем учиться? Ты на бирже труда не бывал, не видел, сколько их работу ищет.

– Ну, не на машинистку, на кого-нибудь еще.

– Нет, – сказала Наташа решительно, – не хочу. Мне бы, знаешь, денег поднакопить. И замуж. Только чтоб он меня не бил, – добавила она, подумав. – И комната чтобы отдельная. Вот это по мне…

За ширмой засмеялись.

– Дура, где ж ты такого найдешь, чтоб руки не распускал, да еще с отдельной комнатой! – в голосе тетки звенел неприкрытый сарказм.

– Ну, пусть он дерется, только редко. Я потерплю.

Опалин поглядел на Наташу, на ее свежее милое лицо и натруженные руки, и ему стало невыразимо грустно при мысли, что у человека может быть такой убогий потолок мечтаний, такие примитивные стремления. «И главное, она ведь не понимает, насколько все это жалко… Но как ей объяснить? Никак. А ведь девушка-то хорошая, но всю жизнь мыть посуду… Ну да, любой труд почетен.

Пока в его голове пробегали все эти разнообразные мысли, Наташа глядела на него, на страшный рубец возле виска и думала, зачем такой симпатичный и хороший парень выбрал себе такую опасную работу. «Уголовный розыск… бандиты всякие… Платят им, я слышала, мало… А убить могут. Очень даже запросто… Ему бы куда получше устроиться, хоть в официанты. Тогда я бы с ним… ну, для начала хоть в кино сходила… А угрозыск…»

По счастью, Опалин никогда не узнал, что его прочили в официанты – иначе Наташа услышала бы от него много интересного, но, увы, непечатного.

– Заезжал в Глинищевский, потом на Садовую-Сухаревскую, – сказал Валя Назаров на следующее утро, отчитываясь Логинову о том, где Опалин был вчера. – Потом мотался по Большой Дмитровке. Ужинал в столовой, где обедал – не знаю, – он недовольно почесал щеку.