Сухарева башня

Посуду-то мыть надо сразу, до утра не оставлять. Если разобьешь что-нибудь, вычтут из зарплаты.

– В профсоюз тебе надо, – посоветовал Опалин.

– Еще чего! – гавкнула тетка из-за ширмы.

– Из профсоюза Савва Борисыч не берет. Для профсоюзных, говорит, у нас местов нету.

– Но если ты не в профсоюзе, как же ты защитишь свои права? – втолковывал Опалин своей собеседнице.

– Да какие права? – пожала плечами Наташа. – Главное, чтоб платили вовремя да не слишком забижали. Савва Борисыч хоть мущина сурьезный, под юбку не лезет, не то что разные… образованные которые…

– А он что же, один со всем управляется? Ты же говорила, трактир у него большой.

– Почему один? Помогают ему.

– Кто помогает? Жена?

– Нет, жена там не появляется, а вот братец ее помогает. Ярцев его фамилия. За порядком следит, если буянит кто – он мигнет, их и выведут сразу.

– Ярцев, Ярцев, – задумчиво пробормотал Опалин, делая вид, что припоминает, – был у меня знакомый когда-то с такой фамилией.

– Сидор Михалыч-то? Не, не молодой он. Но и не старый, – добавила Наташа, подумав.

– Что же, лет 30 ему?

– Да все сорок, наверное.

– Маленький такой брюнет? Нет?

– Не, не брюнет, посветлее он. И не маленький – ростом выше тебя, наверное.

– А приметы у него какие-нибудь особые видела? Ну там шрамы, родинки, бородавки, татуировки…

– Да обыкновенный он, – пожала плечами Наташа.

– Так-таки совсем обыкновенный? Может, у него нос сломанный или полноги не хватает…

– Да нормальный у него нос.

– Что значит кривые?

– Ну у него большой палец искривлен и не гнется. Наверное, сломал когда-то. Но я точно не знаю.

– А палец на какой руке?

Значит, лет сорока, шатен или русый, довольно высокий, с усами, большой палец на правой руке плохо сросся и не сгибается. Душа Опалина пела. Но ему надо было узнать еще кое-что.

– Скажи, а в трактире тебе не попадался гражданин, на вид лет 32–34, плечистый, росту среднего, волосы темные, глаза карие, шею обычно шарфом или платком закрывает, потому что на ней сбоку шрам?

Наташа поглядела на него озадаченно.

– Так я ж на кухне… Я в зал не хожу.

– Ну, мало ли что, вдруг ты его где заметила? Может, он к хозяину заходил. Или к Ярцеву…

– Сказано же тебе – в зал она не ходит, – подала голос тетка из-за ширмы.

– Да не видела я никого, – сказала Наташа. – На кухню он точно не заходил.