Сухарева башня

– Бандитов, что ли? А чего с ними церемониться? Они моих друзей постреляли, – добавил Опалин сквозь зубы. – Так что…

Проследив за направлением взгляда игрока, Иван понял, что тот смотрит на список, висящий на стене.

– Ты его не найдешь, – раздумчиво промолвил Авилов. – Он слишком хитер. И ходят слухи, что ему помогает кто-то из ваших.

– Знаю, – Опалин не кивнул, а злобно мотнул головой.

– Мы можем с тобой договориться?

– Если я тебе помогу, ты не убьешь Стрелка, а отдашь его мне. С остальными делай что хочешь. Но Стрелок – мой.

– Зачем он тебе? – спросил Иван, буравя собеседника взглядом.

– Так. Он мне кое-что должен, – игрок усмехнулся, и, когда Опалин увидел эту усмешку и то, как мгновенно преобразилось простоватое лицо собеседника, у юноши начисто пропало желание выпытывать, что именно Ларион должен странному гостю. – Но в одиночку я до него не доберусь. И ты тоже. Я помогу тебе, а ты поможешь мне. Я получаю Лариона, ты – всех остальных. И еще одно условие: о моем участии в деле ты не рассказываешь никому.

Ни слова, ясно? Я и так слишком многим рискую.

Опалин задумался. Он не любил картежников, бильярдистов, игроков в домино. В его глазах все они были паразитами, обузой общества – не говоря уже о том, что деятельность некоторых из них нередко добавляла угрозыску работы. Но человек, устроившийся на его продавленном диване рядом со своей королевской шубой, внушал ему нечто вроде уважения. Во-первых, Авилов предупредил его в трактире; во-вторых, он действительно серьезно рисковал. И самое главное – он определенно ненавидел Стрелка и хотел помочь с его поимкой.

– Скажи, как именно ты сможешь мне помочь? – спросил Иван.

– Еще не знаю. Там видно будет. Я же говорю: люди болтают, – Авилов усмехнулся.

– А что-нибудь тебе о нем известно? Где он сейчас?

Странным образом этот лаконичный ответ успокоил Опалина. Он не выносил болтунов, любителей красивых фраз и эффектных жестов. Куда больше ему нравились люди, которые мало говорили, но много делали и которые честно признавались, что чего-то не могут или не знают.

Однако все вышесказанное вовсе не значит, что Иван с ходу проникся к своему гостю доверием. Он решил, что при первой же возможности наведет о нем справки, когда это можно будет сделать, не привлекая ничьего внимания. «Играет в бильярд – значит, много где бывает и сталкивается с самой разной публикой… Может, он действительно сумеет мне что-нибудь подсказать – насчет Стрелка. А если нет… В конце концов, хорошо иметь хоть какого-нибудь соратника.