– Садись, я сам займусь хлебом, – Султанов, будто так и должно быть, целует в щеку и уверенно подталкивает к стулу. Сам же спокойно становится у доски и ловко орудует острым предметом.
Непривычно всё.
Но особенно то, что кто-то заботится обо мне помимо родителей. Не было такого никогда. Зато наоборот – постоянно. В единственных отношениях, что были с Кравцовым, всегда вертелась и обхаживала мужчину я: подавала, подливала, накладывала, стирала, мыла, а тут…
Привычная модель, как упавшее на пол стекло, бьется и разлетается на мелкие осколки.
Я же будто оживаю, понимая, что бывает по-другому. И кто-то готов заботиться обо мне, даря внимание и ласку.
– Все в порядке? – уточняет невозможный мужчина, перехватывая мой беспокойный взгляд.
Киваю и беру стакан с соком, чтобы отвлечься.
В порядке…
Хороший вопрос. С Султановым все настолько ново и остро, что весь порядок сбивается, а эмоции то кипят, то застывают, пребывая в шоке.
Но, главное, я чувствую, что живу, и кайфую от этого, а не барахтаюсь, как муха, увязшая в паутине.
После ужина и совместного наведения чистоты с удовольствием соглашаюсь посмотреть телевизор и даже выбор фильма одобряю. Люблю комедии. И, ощущая усталость, совсем не сопротивляюсь, когда Сулейман утягивает меня на большущий разобранный диван. Навалив гору подушек, укладывает к себе под бок и обнимает со спины.
– Если усну и буду мешать храпом, толкни, – произносит он, поглаживая мой живот своими обалденно красивыми ладонями.
А я на них залипаю и, чуть подумав, накрываю сверху своей пятерней. Классно, даже глаза на минутку зажмуриваю, чтобы момент прочувствовать. Слышу тихий довольный хмык, а следом ощущаю, как горячие губы касаются чувствительного местечка за ухом.
Знаю, что жест в данном случае не несет никакого сексуального подтекста, но тело живет своей собственной жизнью и остро реагирует на мужчину сзади.
Черт! Ведь так и влюбиться недолго.
Ловлю слишком смелую мысль и тут же одергиваю разгулявшиеся фантазии, заставляя себя сосредоточиться на экране. Выдыхаю, лишь почувствовав, что рука Сулеймана потяжелела, а сам он задышал глубже. Вот и славно. Пусть отдыхает. Тихонечко ерзаю, но не чтобы уйти, а зарываюсь в уютные объятия поглубже, прикрываю на секунду глаза, и сама не замечаю, как засыпаю.
Глава 28"
"Так тепло, мягко и уютно. Совсем не хочется открывать глаза.
