Сумерки

Под пристальным взглядом Эдварда я старалась не терять невозмутимости. Хотя это было бы легче, не пытайся я верить в то, что он рассказывал.

— Он был единственным сыном англиканского пастора. Его мать умерла родами. Отец был нетерпимым человеком. Когда протестанты пришли к власти, он принялся рьяно преследовать адептов других религий, например, католиков. И еще он свято верил в существование дьявола. Он возглавлял охоту на ведьм, оборотней и… вампиров.

При этом слове я застыла. Он, конечно, заметил, но продолжил рассказывать.

— Они сожгли массу невинных людей — тех, кого они на самом деле искали, поймать было намного труднее. Когда пастор состарился, он поставил во главе обличителей зла своего послушного сына. Поначалу Карлайл разочаровал его, потому что не спешил с обвинениями и не желал видеть демонов там, где их не было. Но он был последователен и отличался большей проницательностью, чем отец. Он и в самом деле обнаружил стаю вампиров, которые скрывались в городской канализации и выходили на охоту только по ночам.

В те дни, когда чудовища не были мифами и легендами, этот образ жизни был уделом многих.

— Народ, разумеется, тут же вооружился вилами и факелами, — Эдвард издал желчный смешок, — и устроил засаду неподалеку от того места, где Карлайл видел монстров, выходящих на улицу. Наконец, один появился.

Он заговорил тише, и мне приходилось напрягать слух, чтобы разбирать его слова.

— Он казался древним, слабым от голода существом. Карлайл услышал, как он, почуяв запах толпы, принялся на латыни призывать остальных.

Потом он бросился прочь, и Карлайл — ему было двадцать три, и бегал он очень быстро — возглавил погоню. Он мог бы легко уйти от преследователей, но, как сейчас думает Карлайл, был слишком голоден, а потому остановился и напал на них. Сначала он кинулся на Карлайла, но, поскольку толпа была уже близко, то развернулся и начал защищаться. Он убил двух человек и погнался за третьим, оставив Карлайла истекать кровью на улице.

Эдвард остановился. У меня было чувство, что он мысленно подправляет свой рассказ, стараясь утаить от меня какие-то важные детали.

— Карлайл знал, что сделает его отец. Тела убитых сожгут — все, чего коснулась зараза, должно быть уничтожено. Карлайл действовал инстинктивно, пытаясь спасти свою жизнь. Когда люди вновь устремились вслед за чудовищем и его жертвой, он уполз с улицы подальше. Три дня он прятался в погребе, зарывшись в гнилую картошку.