– И то, и другое помогло финансировать проекты Эванса в сфере недвижимости в течение следующих нескольких лет.
– Которые мой отец, возможно, не поддержал бы, если бы он все еще был в совете директоров, поскольку он ненавидит Эванса, – сказал Кай Майклу.
Все сошлось. Прошедшие семь лет раскинулись перед нами словно в лабиринте, который нам всем нужно было пройти до конца, чтобы наконец понять смысл происходящего.
Количество людей, которые играли нами как марионетками, и количество времени, которое я потратил впустую, игнорируя все это и плывя по течению…
Я почти хотел бы вернуться к ночам в «Делькур» и пытаться все разрулить с Рикой, когда мы думали, что это все ее вина.
Как все было тогда просто.
– Алекс? – сказала Рика. – Ты в порядке?
Я оглянулся через плечо и понял, что Алекс не разговаривала с тех пор, как мы зашли в вагон. Она прислонилась к окну, скрестив руки на груди, и смотрела вдаль.
Через мгновение она кивнула, но не оглянулась на нас.
– Только трое из вас поднялись на поезд, – сказал Дэймон. – Где двое других заключенных? Мы были уверены, что вас было пятеро.
Но ни Алекс, ни я не ответили.
Я смотрел на ее ошеломленное лицо, пораженный.
Она больше никогда его не увидит.
Но в этот момент она выпрямилась, откашлялась и хрустнула костяшками пальцев.
– Мне нужно потренироваться. Сейчас же.
– С Рикой или со мной? – спросила Бэнкс.
Она рванула к двери, где я стоял.
– С вами обеими.
Она миновала меня и вышла из вагона, за ней быстро последовали девушки, Рика держала Уинтер за руку.
Я колебался всего мгновение, прежде чем снова открыл дверь.
– Мне нужно позвонить, – сказал я, уходя.
Но голос Майкла раздался позади меня.
– Кто-нибудь из этого дома следует за нами?
Но я не обернулся и не ответил. Эйдин Хадир был проблемой номер шестьсот пятьдесят три, а я был только под номером четыре.
* * *Я закончил четвертый звонок, положил трубку и поднялся со стула.
Я все еще был в наполовину промокших джинсах, но вместо того, чтобы пойти в душ или переодеться в костюм, разложенный для меня на кровати, повернулся и посмотрел в окно.
Ночь прошла быстро, море на горизонте было спокойным и черным, я сжал кулак.
Мартин Скотт мертвец. Он заслужил гнить в безымянной могиле посреди леса, где он будет лежать одинокий и всеми забытый.
