Супружеский ошейник
7 прочтений
Он открыл ей в белоснежном свитере, в новеньких джинсах и со сверкающей улыбкой. Правда, при виде Варвары улыбка стала медленно сползать с его гладко выбритого лица.
– Вар… вара? – изумленно заморгал Леня. – А ты чего?
– Я? Я вот… – не сразу нашлась, что ответить, Варя. – Я тебе вкусненького принесла… – Она нервно хихикнула и сунула бывшему в руки пакет с продуктами. – Вот… – опустила она глазки. – Ну… чтоб там… вечер… свечи… все дела…
Дальше Ленечка должен был догадаться сам. Но он, паразит, не догадался.
– А, – кивнул он рассеянно.
Он забрал пакеты и прямо перед носом Вари захлопнул двери. Варя сначала даже ничего не поняла. То есть… он что – цепочку снимает? Так у него отродясь никаких цепочек…
– Леня! – забарабанила Варя в дверь кулаком. – Леонид! А я? Меня-то забыл!
Семистуков снова распахнул двери и уже страшно зашипел:
– Слушай, Русакова, мне сейчас… ну никак не до тебя, ясно тебе? Не один я, понимаешь? Личная жизнь у меня!
– А я? – упрямо твердила Варя. – Я тоже – личная жизнь! Я ж… свечи, ужин… там еще бутылка шампанского.
– Вот за шампанское спасибо! А свечи…
– Ленечка, я уже замучилась ждать, – вдруг вышла в прихожую длинноногая, большеглазая девушка. – Лень, это что – почта? Телеграмма?
– Ле-нечка… – перешла на страшный шепот Варя, – что у тебя в доме делает эта жаба на ходулях? Это ты когда перестанешь тащить в дом всякую дрянь. Ну ведь, как маленький, честное слово – всякую ящерицу к себе в кровать!
– Эт-то… Это я – жаба? – задохнулась от возмущения гостья бывшего мужа и без лишних разговоров вцепилась в волосы Вари.
– Я те пну! – не оставалась в долгу Варя, изо всех сил царапая напудренные щеки барышни своим новеньким маникюром. – Влезла, главное, в чужой дом… Ленечка. Вызывай милицию! Мы ее… депортируем из нашего города…
– Сейчас нет милиции, – тщетно пытался разнять дам Леонид. – Варька! Отцепись! Вали домой! Да что ж такое? Прекрати корябать ей лицо! Ей еще завтра с клиентами работать!
– Убери ее, Леня! Или я за себя не ручаюсь, – верещала на весь подъезд новая любовь Леонида.
В подъезде уже начали распахиваться двери, и даже послышались возмущенные голоса сограждан. Этого Леонид никак не мог перенести. Уже несколько лет он снимал здесь квартиру, был всегда только на отличном счету, и хозяйка даже собиралась скостить ему квартплату. И тут эта Русакова!
– Да иди ты отсюда! – кричал Семистуков.
