— Так как? Станете убивать? Ведь чтобы добраться до моего мужа, вам придется сначала убить меня, а моя смерть, боюсь, Бертрана не обрадует. Если я умру, он потеряет все! — Произнося эти слова, она сознавала, что лжет. В случае ее смерти Бертран все равно сможет предъявить права на владение Эберхартом. Вот только приданое ее ему придется отдать. Оно должно быть возвращено Рольфу. Однако она сомневалась, чтобы эти болваны понимали такие тонкости. — Предлагаю вам отступить, пока не поздно. В лесу расставлена охрана, и наши люди, несомненно, заметили вас.
Если вы сейчас же не уберетесь отсюда, вас перережут, как псов, которыми вы и являетесь.
Не успела она договорить, как все услышали приближающиеся воинственные крики. Эмма вздохнула от облегчения, а наконец выбравшийся из воды Эмори оттолкнул ее в сторону и кинулся в гущу противников, неуверенно замерших перед ними. В ту же минуту на поляну вылетел Блейк с остальным отрядом.
Эмма всегда знала, что муж ее опытный, искусный в битвах воин.
Теперь, однако, она имела возможность убедиться, что он страшен в ярости. С каким свирепым удовлетворением расправился он с одним из своих врагов! Она вдруг подумала, что часть его гнева будет неминуемо обращена на нее. Ведь она опять вмешалась в его бой! Заслонив его своим телом, она наверняка ранила его мужскую гордость. Ей еще придется услышать об этом, когда будет покончено с разбойниками.
Вздохнув, Эмма опустилась на поваленное дерево и, чтобы не тратить зря время, стала поправлять надетое в спешке платье.
Эмори и его людям потребовалось лишь несколько минут, чтобы покончить с разбойниками. В живых остался только один, и Эмори приказал отвести его в лагерь для допроса, а затем обернулся к жене. Она закончила приводить в порядок одежду и теперь, гордо выпрямившись, сидела на поваленном дереве, настороженно поглядывая на него.
Какое-то время он потратил на то, чтобы взять себя в руки (гнев его был еще достаточно силен), затем встал перед нею.
— Жена!
— Я никогда больше не буду становиться перед тобой! — торопливо выпалила она, вскакивая на ноги. — Ты полностью владел ситуацией, а я только усугубила опасность. Мне очень повезло, что я не была убита, и я никогда — ни-когда! — больше не стану рисковать собой. Клянусь!
Эмори возвел глаза к небу.
— Не обещай того, чего не сможешь исполнить, жена! Я не сомневаюсь, что ты снова и снова будешь собой рисковать. Это у тебя в натуре.
