Ты должна быть обвенчана, как только Эйнфорд доберется сюда.
Она подозрительно сощурилась:
— И когда же это произойдет?
Рольф собрался с духом и выпалил:
— Сегодня. Мы так надеемся.
— Сегодня?! — Глаза Эммы расширились, — Но… это же неприлично! И… и к тому же мне нечего надеть.
Епископ обернулся со снисходительной улыбкой к Рольфу, решив, что это обычная жалоба всех женщин, и удивленно поднял брови, заметив озабоченное выражение его лица.
— Они только что покрасили всю одежду в черный цвет, — объяснил рыцарь.
— Но что-то ведь наверняка осталось?.. — Епископ замолчал при виде безрадостного лица Рольфа.
— Разве вы не обратили внимания на то, что даже слуги одеты в черное? — сухо заметил тот.
Епископ растерянно огляделся. По правде говоря, он этого не заметил, будучи поглощен своими мыслями. Нахмурясь, святой отец направился широким шагом к двери и, распахнув ее, выглянул во внутренний двор замка. Теперь ему сразу бросилось в глаза, что все снующие вокруг женщины, мужчины, даже дети были в траурной одежде.
Захлопнув дверь, он обескураженно повернулся к Рольфу и с досадой пожал плечами.
— Эмма вычернила все! — ухмыльнулся рыцарь, внезапно увидев смешную сторону происходящего.
— Все?
— Даже постельное белье.
— Даже постельное… — эхом отозвался епископ.
— Мне казалось, что так полагается, — неуверенно проговорила Эмма, чувствуя себя довольно глупо. С бельем она, пожалуй, немного переусердствовала, но она ведь прощалась не только с мужем, а по сути, хоронила свою надежду когда-либо завести детей.
Да, она умерла вместе с мужем: несомненно, не найдется ни одного мужчины, который захотел бы просить руки двадцатидвухлетней вдовы. Даже теперь она была уверена, что, не будь Рольф королевским любимцем, ей пришлось бы увядать в своем старом замке, оставшись бездетной и никому не нужной.
Вздохнув, Эмма встряхнула головой и твердо заявила:
— Теперь это не важно. Мой муж, несмотря ни на что, заслуживает по крайней мере краткого траура. Я никак не могу выйти замуж раньше, чем через три месяца.
Рольф многозначительно поглядел на епископа, который, пожав плечами, пробормотал:
— Возможно, настал момент объяснить леди Эммалене наши затруднения?
— Пожалуй, — вздохнул Рольф. Он явно не знал, с чего начать. Наконец, пригласив кузину сесть в кресло перед камином, он расположился рядом так, чтобы иметь возможность наблюдать за безлюдным холлом и всеми входами в него. Негоже, чтобы кто-то подслушал то, что он должен сообщить Эмме.
