Закрыл за спиной дверь и сделал ко мне шаг, другой… пока я сама, споткнувшись о кровать, не повалилась на спину на мягкий матрац.
Матвей лёг сверху, слегка прижав меня своим телом. Я уже привыкла видеть его голым, привыкла к тому, что он предпочитает спать вообще без одежды и даже редко укрывается одеялом. Но сейчас его нагота будоражила. Она словно пробуждала какие-то дикие хищные инстинкты внутри меня. Я не пряталась, не скрывалась, была такая же открытая перед ним, позволив окончательно высвободить меня из халата.
Матвей сместил массу своего тела на локоть и прилёг рядом со мной. Кончиками пальцев он исследовал каждый миллиметр моей кожи, а трепетно дрожала рядом с ним и мысленно умоляла не останавливаться. Эта пытка слишком потрясающая, чтобы заканчиваться.
Подушечки его пальцев скользнули вниз к заветному треугольнику и лишь слегка коснулись половых губ. А затем повторяли это движение снова и снова, заходя всё дальше, пока я сама не раздвинула ноги.
Окончательно поняв, что я не против, Матвей с жадностью приник к моим губам и поцелуями стремительно проложил дорожку вниз.
— Ты чего?! — испугалась я и даже попыталась свести ноги, когда поняла, что Матвей хочет языком коснуться мокрых складочек. — Не надо там…
— Да? — ехидно переспросил он и демонстративно наклонился, коснувшись языком набухшего клитора. В моих глазах вспыхнули звезды, а тело блаженно содрогнулось. — И даже так не надо?
— Заткнись и делай, — выдохнула я хрипло.
До этого момента я была уверена, что его язык способен вытворять чудеса только у меня во рту и на груди, но то, что он прямо сейчас вытворял своим языком вокруг клитора, несравнимо ни с чем.
Мне понадобилось, наверное, всего несколько секунд на то, чтобы крупной дрожью рассыпаться под гнётом умелого мужчины.
— Офигеть! — только и смогла я выдохнуть в конце, глядя в темный потолок. — А можно ещё?
— Моя очередь, — хохотнул Матвей и навис надо мной.
Я почувствовала, как к моему бедру прижался его горячий член. Я понимала, чего он ждёт и к чему клонит (успела кое-что погуглить, пока мылась в бане).
— Давай, — я сама раздвинула ноги пошире и вздрогнула, когда его головка потерлась о влажное лоно.
— Уверена? — шепнул Матвей и ласково поцеловал в губы. — Будет больно.
— Я тебе доверяю.
Кажется, именно этих слов он от меня и ждал. Вновь вскружив голову поцелуем, он плавно вошёл в меня и замер, почувствовав, как я напряглась под ним.
— Остановиться? — шептал он, осыпая мою шею поцелуями.
— Нет. Пихай свою птицу дальше.
