Шмотья накопится, и целый день потом в бане торчишь. Вот тебе и выходной…"
"— Да, — мечтательно кивнула Надежда Леонидовна. — А потом я себе купила «Фею». До сих помню этот белый кубик. Вместительная, но легкая и компактная. Сама в баню её носила. Отстирывала она, будь здоров. Винт-то внизу большой стоял. А потом купила себе вторую «Фею». В одной стирала вещи, а в другой полоскала. Тоже попробуй двумя руками на всю семью настирай. Но «Фея» не отжимала. А вот потом сын старший подрос и подарил мне «Океан» с двумя отсеками: в одном стираешь, в другом отжимаешь.
Нарадоваться не могла. Вещи в стирку закинешь, минут пятнадцать свои дела поделаешь, потом в баню придёшь, в выжималку перекинешь, она тебе почти досуха всё отожмет, а ты в это время новую стирку закидываешь, потом прополощешь то, что отжалось, опять в выжималку… Но сейчас с автоматом, вообще, благодать! Руками я теперь даже носовые платки стирать не стану. Всё в неё. Зато хоть ногти начала делать! — показала мне продавщица маникюр. — А раньше попробуй такие ногти сделай! Все в тазу останутся.
— А мне-то как стирать? — робко напомнила я о себе.
— А тебе? — хмыкнула Надежда Леонидовна и пошла в сторону прилавка с хозяйственными принадлежностями. Вернулась оттуда с тазом и упаковкой порошка. — Вот так. Топи баню, да стирай. Вещей у тебя немного должно быть. Перестираешь, а прополоскать можно в реке, чтобы воды много не возить с водокачки. Река от Тихоновского дома недалеко. За его участком. У него там и тропинка протоптана к берегу.
Он же рыбак. Ты, кстати, как сегодня ночью переночевала-то без света? Не испугалась?
— Всё было хорошо. Я рано уснула.
Вру и не краснею. Это ли не признак того, что я стала взрослой?
— Ну, и хорошо, — одобрительно кивнула женщина. — Иди стирай. Вещи сегодня быстро высохнут на такой жаре.
— Надеюсь, — повела я плечами.
Купив в магазине новое постельное, порошок, ещё один таз и немного еды для себя, я, перекусив, приступила к тому, что приготовила баню к стирке.
Оказалось, что Матвей вчера наколол много дров и оставил их аккуратно сложенными у бани.
Глянув в сторону его дома, я мысленно сказала ему «спасибо». Затем, когда привезенная мной с водокачки вода согрелась в бане на печи, я приступила к стирке.
Рукам было очень непривычно, непонятно и больно. И это я только себя одну обстирываю! Судя по рассказам женщин, они таким образом стирали на всю семью. Если бы мне пришлось делать подобное, то я сбежала бы из семьи, не достирав даже первую кофточку.
