Суженая мрака

Я не смею разбазаривать ее имущество! – в унисон ему парировал ответственный за чужое добро дракон.

Ректор вскинулся, на миг задумался, а затем упер кулаки в столешницу, нависая над нами, осуждающе посмотрел на меня и возмущенно спросил:

– Аго Алера, вы слышали, что сказал маго Келео? Понимаете, насколько неправильно, что я должен отрывать от сердца… э-э-э… академия не должна из собственной скромной казны тратиться на чужой глушитель?! И что вы скажете, как я должен поступить? По закону или по совести?

Я вспомнила размер и тяжесть мешка с золотом, который мы притащили в академию в уплату за студентов из Синего клана, а также размер возмещений за каждую сломанную, за давностью лет пришедшую в негодность мелочь, такую как проржавевший вентиль в ванной комнате общежития, отслужившие свое простецкие фаянсовые тарелки и кружки, стоившие нам как элитный расписной фарфор, развалившуюся во время драки побратимов с соперниками древнюю парту и много чего еще, включая злополучную стену в мужской душевой.

– Полагаю, по ситуации! Маго Келео прав, он не виноват, что многие светлые не могут контролировать свои чувства, эмоции и отношение к темным и поэтому испытывают неприятные ощущения. Так почему он должен тратиться на защиту от себя ради каких-то лентяев? Он же делится неоценимыми знаниями и умениями со своими студентами…

Келео весело хохотнул, при этом в его чертах еще сильнее проявился зверь, хвала Небу, весьма довольный моим заявлением! А вот ректор скрипнул клыками, не найдя во мне поддержки, выразительно посмотрел на Келео и высказал:

– Соболезную, тебе досталась на редкость жадная суженая.

– Моя суженая – истинный дракон, уже это меня несказанно радует! – неожиданно сухо и зло заступился за свою половинку Келео.

Правильно, нечего и пытаться оскорблять чужую суженую.

Ректор покусал красивые, по-женски полные губы и, круто развернувшись, недовольно пыхтя, удалился. Я еще более осторожно спросила:

– Она, наконец, сочла возможным присоединиться к вам, маго Келео?

– Кто, Алера? – уточнил он.

– Ваша суженая, – хрипло от неловкости и смущения уточнила я.

Почему-то вспомнилось, как и сама по ней тоже нелицеприятно прошлась, там, в подвале темного корпуса.