Суженая мага огня

— Он её все эти годы не играл…

— Помню, — кивнула Либретта.

Тягучая, густая мелодия заставляла дрожать фарфор на полках и будоражила кровь. Мурашки пробежали по позвоночнику при тянущихся восходящих к вершине звуках, достигших пика и обрушившихся умопомрачительно быстрым вихрем струнных голосов.

Я узнала! Это была моя любимая музыка, и только он мог её так чувственно сыграть.

Губы задрожали.

Сомнений не осталось. Я знала, кто я… Но как я оказалась на болотах? Почему никто не узнавал меня? И самое главное — почему Генри не узнаёт?!

Я потёрла виски, занывшие от напряжения.

Может, всё же ошибаюсь? Хоть собственную свадьбу бы вспомнить или родителей? Ведь мой отец король! Но нет… Ничего этого не помню! Снова какое-то наваждение? Может, Тёмный Лорд играет со мной?!

От потока мыслей затрещала голова.

— Что с вами, Триса? — поинтересовалась герцогиня. — Вы бледны.

— Уже поздно, пора отдыхать, — произнёс Генри, не дав мне ответить. — Триса устала. На сегодня, пожалуй, довольно, Либи, — протянул виолу девочке.

— Как жаль! — вздохнула она. — Я буду очень-очень ждать, когда ты вернёшься! Очень буду скучать!

Либи не сдержала слёз, вытерев глаза ладошкой.

— Иди сюда, — паладин обнял девочку и поцеловал в лоб. — Я тоже буду скучать. А пока меня не будет, слушайся леди Элизабет и прилежно выполняй всё, чему она тебя учит.

— Ох, эти крючки выводить так тяжело… — вздохнула Либи. — Но я обещаю, дядя Генрих! Обещаю, буду самой умной и образованной женой и рожу тебе много сыновей!

— Подрасти и выучись для начала, малышка, а там Арнос рассудит.

Я глядела на стоящих друг против друга Генри и Либи, и сердце обливалось кровью. Она была очень молодой девушкой, но обещала стать прекрасной женщиной. Женой. Да, наверное, он заслуживает такую красавицу…

Я ведь уже немолодая, а через семь лет, когда закончится его траур, я буду уже совсем дряхлая. Пусть женится… Он — паладин, достоин счастья и хорошенькой молодой жены.

А я… Я бродяжка, найденная на болотах. Может, потому он и не хочет признавать, что я Беатрис, потому что опороченная жена ему больше не нужна?

Глаза запекло от подступивших слёз.

Либи ещё раз обняла Генри и печальным шагом отправилась наверх.

— Долго ты жил в браке с Беатрис? — вырвалось у меня.

Я хотела всё знать. Имела право. Хотела знать всё, что нас когда-то связывало, но сделалось прахом.

— Девять лет, — поглядел мне в глаза Генри.

— Девять?! — воскликнула я.

— Что тебя удивляет?

Все мы знаем, как быстро стареет женщина.