Я закрыла глаза, сделала глубокий вдох — и серебристый туман дрогнул, заколебался, а потом потянулся обратно ко мне, впитываясь в кожу.
Когда я открыла глаза, все смотрели на меня с удивлением. Некоторые с благоговением. Вспомнила слова Атиша:«Почти никто из адаронок не умеет выпускать лиафрит, и тем более управлять им. Они только делятся им с мужчинами. Обычно управлять лиафритом, могут только мужчины. И в основном высокородные».
Обо мне знали не многие. Теперь все это увидели.
Раздался ещё один голос — тёплый, спокойный, но не допускающий возражений.
— Решение принято. Лиафрит подтвердил его. — К нам подошла саф Ильфие, мать Дейвина. Она вышла вперёд, её золотистые глаза скользнули по залу. — И, если у кого-то есть претензии к воле лиафрита, пусть выскажет их Совету Десяти.
И тут дверь в зал распахнулась.
— Долго ждать не придётся, — раздался низкий, властный голос. — Можно высказаться прямо сейчас.
Все обернулись.
В проёме стоял мужчина.
Один из Совета Десяти.
Он былогромным.
Широкие плечи, мощная грудь, обтянутая тёмно-синим камзолом, расшитым серебряными узорами.
Его длинные, до пояса волосы были заплетены в тяжёлые косы, перехваченные драгоценными застёжками. Лицо — резкое, с высокими скулами и пронзительнымитёмно-синимиглазами, которые, казалось, видели насквозь.
За его спиной развевалась накидка, усыпанная мерцающими кристаллами, и каждый его шаг отдавался по залу, будто удар грома.
Все, как один, склонили головы. В том числе и я, последовав примеру моих мужей.
Кроме саф Элдрии.
Она стояла, высоко подняв подбородок, но я видела, как дрогнули её пальцы.
Советник посмотрел на неё.
— Саф Элдрия, — его голос был тихим, но таким опасным, что по спине пробежали мурашки. — Вы действительно считаете, что сегодняшний праздник — подходящее время для ваших выходок?
Она не ответила.
Его взгляд скользнул ко мне, и я невольно сжалась. Но в его глазах не было гнева.
Было любопытство.
А потом — что-то мягкое, теплое, почти одобрительное.
Но тут я снова почувствовала, как лиафрит дрогнул под кожей, и тонкая струйка серебристого тумана вырвалась из моих пальцев.
Я сильно перенервничала за сегодня, и не контролировала лиафрит.
Он заметил.
Но не рассердился.
Напротив, уголок его губ дрогнул.
Его взгляд скользнул по другим слегка напуганным девушкам райфис, и он нахмурился.
— Я напомню, как так получилось, что Совету пришлось принимать меры, и искать других женщин из других галактик, — он обратился к гостям бала.
