Свадьба мечты

Какое-то время он просто держал Лавинию в объятиях, давая ей привыкнуть к новым ощущениям: к тому, что она лежит обнаженная рядом с мужчиной, к его горячему сильному телу, переплетенному с ее собственным. А затем притянул ее ближе и поцеловал.

Это был созидательный поцелуй. Поцелуй, который жаркой волной прокатился по ее телу, пробуждая в нем первобытные инстинкты, дремавшие до поры. Ее женское естество воспряло и готово было подсказать, что делать дальше.

Лавиния обвила ногой бедра Захара, чувствуя, как жесткие волоски на его ноге покалывают ее нежную кожу.

Она хотела дать ему понять, что готова принять все, что он может дать, и ей не пришлось просить дважды. Его губы сжались вокруг ее возбужденного соска, а руки скользнули ниже, туда, где концентрировалось ее желание.

Она вздрогнула, но, повинуясь, шире раздвинула бедра и ощутила твердость его эрекции совсем рядом с эпицентром ее страсти.

Захар ощутил ее влажное тепло и трепет и почувствовал, как его охватывает волнение. Обычно он всегда надевал презерватив, но, подумав о девственной плоти, ждущей его, захотел прочувствовать все.

Но он делал это не только ради себя: презерватив мог стать помехой и причинить Лавинии лишнюю боль.

— Когда у тебя месячные? — прошептал он, щекоча горячими губами ее ухо.

— Скоро, и я… Я приняла таблетку…

— Никогда не доверяй мужчине, когда он так говорит, если только это не я. До сегодняшнего дня я всегда предохранялся, тебе нечего бояться.

Лавиния не сомневалась в том, что может ему доверять.

Во всем остальном вряд ли, но в этом — вне всяких сомнений.

Захар целовал Лавинию, вкладывая в каждый поцелуй всю ту страсть, которую вынужден был сдерживать до этого дня. Он целовал ее, пока она не опьянела от желания, потеряв контроль над своим телом. Целовал ее, одновременно переместившись так, чтобы оказаться между ее податливо разведенными ногами. Целовал, когда вошел в нее, но вдруг замер, потому что наслаждение, которое он испытал, было слишком сильным.

Лавиния вскрикнула от резкой боли, но не оттолкнула Захара, а лишь крепче прижалась к нему, спрятав лицо на его груди.

Но через мгновение боль сменилась острым, ярким наслаждением. Лавиния поняла, что хочет большего, и выгнулась ему навстречу. Тогда Захар начал двигаться, постепенно входя все глубже. Она стонала и кричала от наслаждения, не в силах сдерживаться, а он шептал ей слова, совсем не похожие на ту милую чепуху, которую он обычно говорил своим любовницам в такие моменты.