Свадьба мечты

Слова, опасные в устах такого мужчины, как Захар. Слова, которые он еще никогда никому не говорил.

Ласки Захара кружили ей голову. С каждым словом, с каждым нежным движением Лавиния раскрывалась для него все охотнее. Ее бедра приподнялись ему навстречу, губы ловили воздух, а голова шла кругом от новых ощущений.

С последним толчком Захар заполнил ее полностью, и это было так захватывающе чудесно, что Лавиния даже захотела, чтобы это прекратилось, потому что она не узнавала себя. Она никогда не ожидала от себя такого блаженного абсолютного подчинения телу мужчины, принятия его власти над собой, готовности пренебречь любыми правилами и нормами, лишь бы дойти до конца.

Ее ноги сжались вокруг бедер Захара, а ногти вонзились в его спину, когда наслаждение стало невыносимым и наконец взорвалось фонтаном, переполнившим ее жаркой, безумной эйфорией. Пока он извергался в нее, она кусала его плечо, потому что только так могла сдержать рвущиеся наружу слова. Она ни в коем случае не должна была сказать… Даже если это действительно так…

Потом Захар еще долго целовал и ласкал ее, а Лавиния все ждала, надеясь, что рассудок возобладает над эмоциями, но эта фраза продолжала вертеться на ее языке.

Ей приходилось сдерживаться, чтобы не выкрикнуть эти слова в окутавшую их темноту.

Но, к сожалению, молчание не отменяло того, что произошло.

Она окончательно и бесповоротно влюбилась.

Проснувшись, Захар понял, что улыбается. Он был настолько изумлен этим открытием, что несколько минут лежал без движения, привыкая к новым для себя ощущениям.

Захар привык к девушкам на одну ночь, причем ночь, завершающуюся не совместным сном, а его поспешным уходом. Он испытывал неловкость от близости и, хоть и считал это проявлением слабости, предпочитал просыпаться в одиночестве.

Но только не этим утром.

Он лежал спиной к Лавинии и, затаив дыхание, слушал, как она просыпается. Вот она пошевелилась, перевернулась на бок… А потом он почувствовал прикосновение холодных ладоней к своей спине.

Захар мысленно застонал. Каждая из женщин, с которыми он спал, считала, что проведенная вместе ночь дает ей право требовать ответов на любые вопросы, как будто он мог запросто развернуться и поделиться с ней самой темной частью своего прошлого. Захар готовился к неизбежному, но вопросов не последовало.

Тонкие пальчики Лавинии осторожно скользили по шрамам Захара, а он лежал едва дыша и проклинал все на свете.