Значит, вот что означало двуцветное семя!
Магию равновесия…
— Уж не знаю почему, но Многоликий скрыл твои таланты и от мужа, и от знати. Спрятал тебя за завесой священных чар, и это, одуванчик мой белоснежный, и стало сегодня твоим спасением.
— В смысле?
Хранитель закатил глаза. Мол, дура я, все-все мне надо разъяснять.
— Дак это же очевидно, блондинка ты моя неблондинистая! Воронцов на тебя и так облизывается, а узнав, что в женах у него не пустышка, а очень даже одаренная колдунья, ни за что не отпустит.
— Можно подумать, я буду спрашивать, отпустит он меня или нет, — буркнула, независимо скрестив на груди руки.
Мне домой надо! К родным и близким. В свою привычную, спокойную, независимую жизнь. Без магии, недочертей и озабоченных придурков-принцев.
— Не в этом дело, девонька. Вот привяжется он к тебе душой и телом, и тогда твоя душа уже никак не сможет покинуть наш мир.
Ы-ы-ы!!!"
"— Разве что, — Чет возвел глаза к потолку, обильно украшенному лепными цветами, — туда, на поклон к Многоликому.
Но к нему ты точно торопиться не станешь.
— Не стану, — печально согласилась я, думая о том, как бы сделать так, чтобы Воронцов ко мне не привязывался ни душой, ни телом.
— В этом, Машка, и заключается плохая новость. Обратная сторона медали, так сказать, — философски закончил аджан. Зевнул, потянулся, флегматично почесал макушку. — А, вот еще что! Тебе тоже к нему привязываться — ни-ни. Если ты, конечно, все еще намерена с нами попрощаться.
— Намерена! — ответила я твердо и подскочила на ноги.
Походив немного по комнате, под немигающим взглядом лиса, заинтересованно следящего за моими метаниями, приняла решение быть с Воронцовым максимально холодной и сдержанной. Этакой Снежной королевой.
Чтобы помнил, что мне этот брак тоже навязали, и держался от меня подальше.
— А что же с сердцем? Оно тоже особенное?
Растянувшись на освободившейся кушетке, Чет лениво провел в воздухе лапой, оставляя после себя дымный завиток.
— Такими стекляшками награждается каждая пара. Не всем, конечно, достаются бриллианты, но… Но камешек из храма новобрачные все уносят.
Как-никак священный артефакт новой семьи — Оберег влюбленных.
Оберег влюбленных, значит? Окей, с этим разобрались.
— А вот божественного благословения удостаиваются немногие, — продолжал вводить меня в курс дела хранитель. — Так что, Машка-потеряшка, хорошая вы с Андрюхой по сути пара. Сложная — не без этого. Но благословленная самим богом. А это дорогого стоит.
Кажется, дрянь дело.
