– Уходите, – произношу с надломом. – Сейчас.
– Олесь… – повернувшись, впивается непонимающим взглядом.
– Уходите, пожалуйста, – глаза щиплют слёзы, готовые преобразиться в нескончаемый поток. – Спасибо за помощь, но я прошу вас уйти, – смотрю сквозь Максима, ожидая, когда он оставит меня одну.
Задерживается с решением на некоторое время, но затем идёт в комнату, берёт вещи и через несколько секунд щёлкнувшая входная дверь извещает, что я теперь одна.
Именно поэтому, несмотря на явную симпатию и желание вновь ощутить его ласку, соблюдаю дистанцию.
Чем больше Максим вспоминает о ночи в субботу, тем больше убеждаюсь – ничего не было. Подсказывает ли так моё тело, интуиция или брошенные им слова, не знаю. Но я не хочу быть одной из тех, кто покидает его объятия с рассветом, не узнав даже имя.
Выключаю плиту, наплевав на не доготовленное блюдо, и скачу в комнату, чтобы ничком упасть на кровать, в который раз вспомнив наш разговор. Словно ради забавы, он задался целью приблизиться ко мне и заполучить любым способом, или я слишком много себе придумала? Возможно, имеет место спортивный интерес, когда упёртая цель не желает делать так, как хочет мужчина.
Или же, я сделала ошибочные выводы и совсем ему неинтересна. Не имеет значения, потому что теперь максимум, на что я согласна – приветствие в лифте и короткие беседы.
Вдоволь пожалев себя, решаю пойти в душ, чтобы смыть события сегодняшнего злополучного дня. Кажется, всё просто: доскакать до ванной, раздеться и залезть под прохладную воду.
План срабатывает, и вот я уже с удовольствием стою под потоком воды, прикрыв глаза, а на выступе лежит телефон, откуда доносится любимая песня. Намылив голову, взбиваю пену, которая попадает в глаза и неприятно щиплет. И пока промываю, чтобы иметь возможность дотянуться до геля, забыв о больной ноге, становлюсь на неё. Боль пронзает до самого колена, и от неожиданности происходящего, подгибаю раненую конечность, прыгая на второй и забыв, что с меня стекает мыльная пена, на которой я поскальзываюсь и, размахивая руками в попытке за что-нибудь ухватиться, падаю ничком.
Замираю, опасаясь пошевелиться и усугубить ситуацию.
– Да что ж за день-то такой… – скулю и почти плачу от жалости к самой себе."
"Попытка подняться оказывается неудачной, потому что в районе шеи простреливает. По-моему, я повредила вторую ногу, потому что движение конечностей приносит ноющую боль.
