Сваха для дракона

– Благодарю вас, брат, – Лоркан не улыбался.

Мерани откашлялся, вновь привлекая к себе внимание:

– Есть еще кое-что. Слухи о том, что вы мертвы, которые распустил Тюрр прежде, чем вторгнуться в Аралион. Говорят, что вас предательски убили в Цурионе, на ступенях Рионского дворца. Войска Агне направляются к цурионской границе, якобы для отмщения за пролитую кровь венценосного брата, но…

Я вновь услышала свой дрожащий голос:

– Эрооло ничего не прощает. Много лет назад Селофиссар отвергла его, сбежав в край песков и палящего солнца.

До женщины, что унизила его отказом, дотянуться он не сможет. Но вполне способен отомстить ее детям. Он жаждет крови и власти, и не известно – чего больше.

Лоркан смотрел на меня, не произнося ни слова. Я знала, что в голове его бродят сотни вопросов без ответов, но не собиралась признаваться у всех на глазах. Впрочем, и Марна, и Снорре знали. А до царя Шоны и его догадок мне не было никакого дела. Но Цурион, на который вот-вот должна была обрушиться вся мощь Тюрра… Я представила руины, в которые непременно обратятся воздушные, словно вырезанные из бумаги, дворцы; страдания моих родичей и соплеменников, и мне стало плохо.

Желудок свело, легкие жгло – я забыла вдохнуть. Каменные стражи камня на камне не оставят, а когда закончат с резней – захватят земли, пропитавшиеся кровью.

– Цурион выстоит, – сказал Лоркан, совершенно уверенный в своей правоте, – а если сражение затянется – мы придем на подмогу, когда разберемся с переворотом.

Громкий заливистый смех грянул так внезапно, что все мы, без исключения, вздрогнули.

Смеялся царь Шона, как будто князь произнес что-то до невозможности забавное.

– Цурион? Выстоит? Да он падет за считанные минуты! Старый князь давно выжил из ума, а его командиры разбежались, как песчаные тараканы. Некому вести оборону!

Слова Шоны больно ударили меня под дых. Я знала, что Цурион переживает не лучшие времена, но не думала, что дела обстоят настолько печально. А затем царь обратился ко мне:

– Леди, судя по вашим кудрям и коже, вы имеете какое-то отношение к Цуриону?

Я коротко кивнула, не вдаваясь в подробности.

– И как вы себя будете чувствовать, если его не станет?

Этого вопроса я боялась больше всего. Я могла сколько угодно прятать внутри себя настоящие чувства, но теперь Шона открыл эту пробоину в сердце, и чувства хлестали наружу черной, едкой смолой.

– Я прикончу его голыми руками, – неожиданно рыкнул Девятый Дракон, сжимая руки в кулаки, – Одхан – предатель. Я убью его, и Эрооло тоже.