Я хочу это испытывать еще и еще.
С ним я хочу попробовать все, что только возможно.
Краснея от собственных фантазий, прячу лицо за чашкой с чаем.
— Перестань пялиться, — бормочу, делая небольшой глоток.
— Не могу…
Поднимается на ноги и, взъерошив волосы, обходит барную стойку и останавливается около меня. На нем ничего, кроме натянувшихся на его эрекции боксеров и бьющей по моим оголенным нервам харизмы. На мне его белая рубашка, которую я планирую стащить, уходя домой.
— Что? — вскидываю взгляд, и в следующую секунду оказываюсь сидящей на столешнице.
Высокий стул, на котором я сидела, падает набок.
— Не могу не смотреть и не трогать, когда ты так близко, — шепчет, располагая руки по обеим сторонам от меня.
Меня бросает в жар. Чуть отклонившись назад, я смотрю в его глаза.
— Я же говорила, что сведу тебя с ума.
Растянув губы в широкой улыбке, он раздвигает мои колени и встает между ними. Обхватывает мое лицо ладонью и шепчет в губы:
— Свела… Но и у тебя крыша едет от меня, Дженни.
— Пф-ф…
— Мы оба сходим с ума, — касается меня губами, — и это так приятно, да?.
. Признайся.
Чертовщина какая-то. Прежняя я, засмеялась бы в голос и покрутила у виска, а сейчас мои кости плавятся подобно горячему воску, а все происходящее разум принимает за истину последней инстанции.
Мне кажется, это самое идеальное и чертовки правильное, что случилось в моей недолгой жизни.
Избегая признания, я обвиваю его ногами и тянусь к губам. Раскусивший мою хитрость Макс, хрипло смеется и цапает меня зубами.
— Рядом с тобой я постоянно хочу трахаться.
— Со мной? — провоцирую я.
— С тобой, Дженни… Завалить тебя, раздеть догола и облизать всю с ног до головы…
Низ моего живота наливается тяжестью, дышу через раз и, прикрыв глаза, чувствую его губы на своих. Оттянув немного нижнюю, он толкается языком в мой рот. Целует медленно — порочно, неторопливо, но ритмично.
Меня ведет, голова кружится, перед глазами белые вспышки. Слышу, как издалека, звон посуды, шелест бумажных салфеток, а уже скоро оказываюсь лежащей на спине вдоль стойки.
Смотрю на Максима из-под опущенных век, дурея от того, что чувствую. Хорошо и заранее страшно.
— Что ты хочешь?..
— Завалить, раздеть и облизать всю с ног до головы, — повторяет, расстегивая пуговицы надетой на мне рубашки.
— С ума сошел?!
— Закрой глаза и не смотри, так ощущения будут ярче…
— Макс! Блин!..
— Расслабься, — ловит мой взгляд, — я буду делать с тобой все, что захочу.
— Боже… конченный…
Пытаюсь следовать его указаниям.
