Свет души твоей

Она сидела на кровати, поглаживая дочь по плечам, а у той внутри все горело адским огнем. По щекам катились слезы, голова раскалывалась от боли, но самым страшным было то, что Любаша понимала – она сделала огромную ошибку.

- Мама… мама… нельзя было… нельзя!

А на улице небо полностью заволокло плотными тучами, проглотив яркие звёзды. Ночную темноту пронзила яркая молния, и раздался глухой раскат грома. Приближалась гроза. Природа будто реагировала на колдовство, случившееся в доме ведьмы. Из окна донесся шум дождя, и в комнате стало светло как днем от голубовато-фиолетовых вспышек.

- Сработало… - прошептала Воронча, потирая сморщенные руки. – Получилось…

Я сидела возле окна и грустила. С самого утра начался дождь и до сих пор заливал деревню серыми безразличными струями. Бабка что-то делала во дворе, расхаживая в брезентовом плаще с таким огромным капюшоном, что в нем не видно было ее лица. Интересно, чем можно заниматься в такую погоду?

Домовой не показывался со вчерашнего дня и даже на чердаке не слышались его быстрые шажки.

В этот момент на дороге показалась странная процессия. Это был пожилой мужчина по виду настоящий поп с окладистой бородой, полная женщина в платке и длинной юбке, а с ними молодая девушка. Она брела позади них, держа зонтик так, что весь дождь попадал прямо на лицо и ее светлый берет тяжелой лепешкой, свисал набок. Странная какая-то…

Хлопнула дверь и в кухню вошла бабка, неся за собой запах сырости и прелых листьев.

- Видела? – она кивнула на окно, намекая на странную троицу. – А вот и она.

- Кто? – я наблюдала, как она вешает мокрый плащ на вешалку, а потом вытаскивает из его кармана какой-то узелок.

- Жена для Светоча, - ответила бабка, шаркая старыми тапками к печке. – Привезли ее для нашего отца Сергия, наконец.

- Вот это, жена??? – я снова посмотрела в окно, но за ним уже никого не было. – В беретике? А разве она такая должна быть?

- А какая, по-твоему? – Тина оглянулась и окинула меня насмешливым взглядом.

- Нет, мне все равно, конечно… просто она такая… такая… - я не могла подобрать правильное слово. – Серая что ли…

- Так она не в семье артиста или певицы воспитывалась, а в верующем семействе, - бабку казалось, даже возмутили мои слова. – Не туда смотришь, Нина. Разве красота это главное? Что толку от нашей привлекательности? Одни проблемы да одиночество.

- А ей-то, конечно, повезло, - съязвила я.