Свет между нами

– Он хочет писать, – сказала я, и мой голос прозвучал тихо и жалко даже для меня. – Он не может делать все то, что делал раньше, но его нельзя списывать со счетов.

Полли покачала головой и отпила напиток покрепче шампанского.

– Обидно, черт возьми. Видеть его таким тяжело. Больно. Он был одним из лучших, – она облокотилась на руки и опустила взгляд. – Ему здесь не место, уже нет.

Джонеси серьезно посмотрел на меня темными глазами.

– Мы все любили его. И продолжаем любить. Руководство любило его. Люди, живущие в самых отдаленных уголках мира, любили его.

– Дамочки любили его, – припозднился со своим замечанием Дикон. – Этот парень был Казановой.

Полли хмуро глянула на него, затем выгнула свою бровь с пирсингом.

– Да. Проверю, как там он. Ему нужно…

Я не договорила, осознав, что понятия не имею, что нужно Ною.

Я обыскала людный затемненный зал и нашла Ноя у бара, тяжело привалившегося к колонне, в окружении народа и с коктейлем в руке. Я проскользнула между людьми и встала рядом с ним.

– Это я.

Мы отошли от толпы. Ноя покачивало, и мне пришлось поддерживать его.

– Можно ли меня в этом винить?

– Сейчас подадут ужин, – сказала я, наблюдая за небольшой армией официантов, вышедших подать тарелки с цыпленком, стейком и вегетарианской пастой. – Тебе нужно поесть, а потом… мне кажется, нам стоит уйти.

– Я не буду есть перед всеми этими людьми, – мрачно отозвался Ной.

– Этими людьми? – я скрестила руки. – Ты про тех, с которыми только что разговаривал и смеялся? Разве они не твои друзья?

– И да, и нет, – Ной осушил бокал.

– Вряд ли у тебя получится это сделать, если ты продолжишь напиваться.

– Знаю, – Ной потер переносицу. – Я будто на круизном лайнере. Пол под ногами качается, и меня тошнит.

Я придвинулась к нему.

– Тебе нравится происходящее? Это то, чего ты действительно хочешь?

– Всего один вечер. Один раз, чтобы доказать, что я не пропащий человек, вот и все.

– Пожалуйста, Шарлотта, – он сжал мою руку. – Такое ощущение, словно все, что я оставил позади, все это время было у меня под носом. И ждало меня. Ничего не кончено.

В его голосе слышалась тоска по утраченному, и моя душа болела за него. Я кивнула, но тут же опомнилась.

– Хорошо, но только при одном условии. Ты не оставишь меня больше наедине с Диконом.

– Он пристает к тебе? Дикон назойливый и наглый, но никогда не заходил слишком далеко.