Свет мой тишина

Другой вопрос, что человек так устроен, что ему всегда хочется большего. И от зарплаты, и от начальника, да и от жизни в целом.

Я дернула калитку рядом с железными воротами, и она легко поддалась. Прошла по дороге ко входу в здание. Это была двухэтажная постройка голубого цвета. Штукатурка кое-где осыпалась, но в целом строение выглядело снаружи довольно прилично. Я дернула тяжелую деревянную дверь, но она не поддалась. Толкнула ее внутрь – с тем же результатом. Проделав те же манипуляции со второй створкой, я окончательно убедилась, что дверь заперта.

Я спустилась со ступенек и обратила внимание на тропинку, протоптанную на газоне. Она уходила за дальний угол здания. Недолго думая, я направилась по ней, и вскоре она привела меня ко входу. Он находился с торца здания и вел на цокольный этаж."

"В светлом небольшом помещении охранник бодро направил меня в регистратуру. Через гардероб, разумеется. Я сдала куртку, надела бахилы и, вертя в руке номерок, рассказала девушке, скучающей за стеклом над ворохом бумажной писанины, зачем пожаловала.

Я поднялась по лестнице и оказалась в длинном коридоре. На кушетках сидели немногочисленные посетители. Около нужной мне двери никого не оказалось. Я постучала, услышав короткое «можно», потянула ручку и просунула голову в кабинет.

– Не бойтесь, не съем.

– Только крови попьете? – Я улыбнулась в ответ молодому светловолосому мужчине в медицинском костюме голубого цвета.

Он сидел за столом и что-то печатал на клавиатуре, поглядывая в монитор. Наконец развернулся на своем стуле и, скрестив руки на груди, уставился на меня.

– Прошу, – он кивнул на стул рядом. – Паспорт с собой?

– Ага, но, честно говоря, хотела для начала узнать, что к чему. Меня подруга немного ввела в курс дела, конечно…

– Она уже сдавала кровь?

– Да, много раз. Почетный донор, между прочим. Алина Хасанова, помните такую?

– Нет, – нахмурился мужчина и покачал головой.

– Ну вот же. – Я достала телефон и протянула ему фото Алины.

– На память не жалуюсь, но не могу вспомнить эту прекрасную молодую особу. Сдается мне, что она выдала желаемое за действительное.

– В смысле? – не поняла я.

– Сколько ей лет?

– Двадцать четыре, – ответила я.

– И давно она почетный донор?

– Год точно, – уверенно произнесла я, так как значок пролежал с Алиной на дне именно столько времени.