Свет твоей души

Он сделал еще пару шагов, и пушистый крокодил, махнув хвостом, посеменил вглубь леса.

– Или руки, – добавил безмятежно Брадур.

Я скорчила ему вслед рожицу и осмелилась подойти ближе к водоему. Мало ли, какие еще звери здесь обитают. Одно я уяснила точно: хозяина они не трогают.

Меня вдруг посетила любопытная догадка. Он сказал, что существо ночное, и в пещере у гномов уже был вечер, я как раз собиралась спать в Кавии. Но здесь, на острове, раннее утро, это ощущалось в воздухе. Значит, вероятно, остров в другой части Тарты.

Брадур шел, не останавливаясь, пока не оказался по пояс в воде. Он развел руки в стороны, и магическая накидка на нем начала растворяться прямо в воде. Я, как завороженная наблюдала за этим зрелищем и за тем, как сантиметр за сантиметр открываются оголенные участки рук, шеи, спины.

Он медленно ко мне развернулся, и я увидела, как вены на его руках и шее почернели. Это длилось всего мгновение, но выглядело действительно ужасающе.

Его взгляд сфокусировался на мне, и на какое-то мгновение повисла неловкая пауза. Я прокашлялась и ляпнула первое, что пришло в голову:

– Ты подкачал себе мышцы магией? Они вроде не были такими внушительными раньше.

Брови мага поползли вверх, а потом он и вовсе хмыкнул.

– Скажем так, с Тьмой я чувствую себя сильнее.

– А как на счет Света? Ты можешь держать в себе и его?

– Могу, но не хочу. Тьма и Свет не сотрудничают, они разрывают меня на части. И я становлюсь то слишком сильным, то наоборот, беспомощным.

Я была поражена, что он так просто отвечал на мои вопросы. Видимо, он все же пытался сгладить мои последние дни. Что ж, это было приятно.

– Значит… – Я сделала еще несколько шагов, пока не коснулась ногой теплой воды. – Это все. Мы здесь одни, никто тебе не помешает провести ритуал. Скоро ты снимешь свое знаменитое проклятие.

Брадур смотрел на меня с долей насмешки до этих слов. А теперь помрачнел.

– Я мог бы, если бы у меня были все части Света. Но к сожалению, у меня их только две. Ведь твой друг демон отобрал пирамиду.

Он окунулся под воду, а когда вынырнул, добавил:

– Чтоб у него рога отсохли!

Я улыбнулась. По многим причинам. И больше всего меня радовало то, что я получила отсрочку.

– Хорошо, – произнесла я. – Тогда у меня еще есть время.