Свет твоей души

Возможно, это было бы моим спасением, ведь я уже не надеялась на чудо.

Но в какой-то момент голоса резко стихли, вместо них раздался всего один. И он был мне знаком.

– Уважаемые представители древних родов, – произнесло самое мерзкое из всех виданных мною… существ. И голос оного был преисполнен восторгом. – Прошу всех занять свои места. Мы начинаем торги.

Твари разом издали довольные возгласы и толпой устремились в конец зала, где располагались кресла. Сама я и клетка меня сдерживающая остались стоять на некой возвышенности.

Пять дней назад меня похитили, пленили. Я никогда прежде не  встречала монстров, но этот явно не был человеком. Я прозвала его Змеем. Отдаленно существо напоминало мужчину. Только выше в полтора раза, в плечах шире, с массивными лапами и когтистыми ручищами. Его ноздри и глаза напоминали змеиные, а тело покрывала россыпь красноватых чешуек. И даже говорил Змей шипяще.

Поймав мой полный ужаса взгляд, он оскалился, продемонстрировав свои заостренные желтые зубы, и вновь обратился к остальным:

– Перед вами ведьма.

 Из зала, который больше напоминал пещеру, обставленную красивой мебелью и устланную коврами со странными узорами, послышались восхищенные охи-вздохи.

Я говорила Змею сотни раз, что это какая-то ошибка. Я не была ведьмой, ровно так же, как и он не был человеком. Умоляла, плакала, угрожала, снова ревела, предлагала выкуп и даже клялась, что никогда и никому ничего не расскажу, лишь бы отпустил.

Поначалу лишь раздраженно шипел, а затем сделал что-то странное. Отчего легкие сжало, как в тисках, до невозможности вдохнуть, а в тело будто вонзились сотни игл. И было так безумно больно, но в то же время, я не могла вымолвить ни слова, лишь слезы обиды и ненависти стекали по моим щекам. Когда перед глазами потемнело, я смогла сделать вдох. Но говорить с существом больше не рисковала. И он меня не трогал какое-то время.

До вчерашнего вечера. Когда вошел в пещеру, где меня держали, и с похабной ухмылкой сообщил, что завтра я обрету нового хозяина.

– Ведьма сильная, что уже большая редкость, – продолжил Змей, обращаясь к залу.

Я бы заплакала снова, но слез уже не было. И, кажется, даже страх  испарился. Наступила какая-то отрешенность. Я окончательно осознала, что меня прямо здесь и сейчас продадут одному из этих тварей. Как вещь.