Свет в ее глазах

Мне хотелось избить ублюдка Джима за это. Напомнить ему, как отчаянно он добивался ее внимания в колледже, и как жестоко поступил с ней сейчас. Но разве я мог? Нельзя влезать в чужие отношения, иначе окажешься крайним. Да и Майе он не нужен. Она будет куда счастливее без него. Нужно только подождать и ее сердце справится.

– Кто из нас не совершает ошибок? – спросила она, возвращая меня к разговору об Эрике.

– Это другое. Он знал, кто такая Джоанна на самом деле, но не сказал мне, какой он друг после этого? – вспылил я.

Майя покачала головой.

– Он же говорил, что узнал совсем немного раньше нас.

– Это ничего не меняет.

– Меняет. Ты не знаешь, почему он молчал. Вдруг он решил не вмешиваться в ваши отношения? Или хотел, чтобы Селеста сама призналась.

Услышав это имя и вспомнив, кому оно принадлежит, меня передернуло.

– Он знал о ее истинных мотивах. Знал, что Джоанна просто лгунья, решившая провести меня.

– А вдруг он не знал? О ее мотивах не было речи, Блейк. Да и потом, вы же друзья. Разве эта мелочь стоит отношений? Во всем виновата только эта девчонка.

Виновата была не только она. И это озарение снизошло на меня совсем недавно.

Я лгал, Джоанна лгала, Эрик лгал. Все лгали, и могло показаться, что мы были в одинаковой ситуации, но из нас троих я пострадал сильнее.

– Как всегда посланница небес, – фыркнул я, наблюдая за тем, как Майя собирает свои волосы в низкий хвост.

– Я просто ангел, – с сарказмом пропела она.

– Тот, кому достанется этот ангел – настоящий счастливчик.

Лицо Майи мгновенно помрачнело.

Джим бросил ее, так как счел слишком навязчивой. Он сказал ей, что ему нужно больше пространства. Раньше они ни на секунду не отлипали друг от друга, и по моим наблюдениям это устраивало их обоих. Поэтому отговорка Джима о том, что ему нужно пространство – дерьмо собачье.

На самом деле, он не выдержал и сорвался на Майю, когда та, заметив, как он флиртует с другой девушкой, начала выяснять отношения. Но она не знала самого главного, за месяц до этого случая Джим изменил ей.

– Все в порядке, я забуду о нем, – ответила Майя, даже не взглянув на меня. Ее внимание было сосредоточено на мартини.

А может, все-таки набрать Джима и поговорить с ним о проблеме?

Я могу сделать только хуже. В первую очередь Майе. Особенно, когда не смогу сдержаться и врежу ему так, что только врачи смогут откачать его.

– Это лошадь или собака? – спросил я бармена, протирающего стаканы, решив развеселить Майю.