Свет во мраке

Нужна жертва побольше…

— Не отрубить тебе мои ноги! Не отсечь мои руки! — хохотал я, выписывая на песке замысловатые узоры, что с каждым шагом приближали меня к морю. И вот я уже в нем по колено. А теперь по середину бедра. И это заставило меня почти остановиться — бегать уже не получится, я мог делать лишь мелкие шажки — Мелкий Истогвий не достанет до моих рук!

Эта фраза оказалась последним гвоздем в мой гроб. С диким ревом бросивший ко мне Истогвий ударил с жуткой силой, нанося удар снизу-вверх. Его меч, изначально скрытый в воде, взлетел вверх в ореоле прозрачных холодных брызг, что почти сразу окрасились в красный цвет.

С тяжелым всплеском в воду упал хорошо знакомый мне предмет, белеющие пальцы судорожно хватали пустоту. Мне в грудь уперся лоб Истогвия.

Глядя на свою отрубленную чуть выше локтя руку захлестываемую волнами, скрипя зубами от дикой боли в серьезной ране прижигаемой сейчас соленой водой, я хрипло выдавил, наклонившись к уху врага:

— Я сожалею о твоей дочери. Не я выбрал ее судьбу.

Она сама ступила на путь ведущий к смерти — своей или же моей. Ты знал это с самого начала. Но я сожалею. Молодые не должны умирать.

С легким и неприятным на слух костяным потрескиванием голова Истогвия приподнялась, на меня взглянуло его успокоившееся лицо, сереющие губы выдавили несколько слов:

— Я не мелкий…

— Нет — кивнул я — Ты велик. Ты достиг многого, враг мой. И ты все еще дышишь… с такой-то раной…

Из его приоткрытого рта вытекала пузырящаяся кровь, в его груди, чуть ниже сердца, глубоко засел каменный тесак.

Он уже должен быть мертв, но продолжал дышать. А его губы скривились в улыбке.

— Закончим на этом… закончим все…

— Уже закончили — согласился я — Уходи с миром…

Истогвий едва заметно кивнул, успокоено закрыл глаза и уронил голову на грудь. Кончено…

Отступив, я вытащил оружие из груди врага. Мягко оттолкнул тяжелое тело, отдавая его на волю волн, что бережно подхватили труп и повлекли к берегу, по пути наматывая на него плети оторванных бурых водорослей и тем самым одевая в погребальный саван.

Убрав оружие за спину, я пережал культю, выбрался до берега и буквально рухнул на песок. Что-то меня мутит… и куда делась моя оторванная рука? Впрочем, долго искать не придется — вряд ли рокочущему морю понадобится кусок мертвой плоти. Оно выбросит мою руку на берег и небрежно похоронит под песком и водорослями. Или же отдаст на съедение кричащим чайкам, что уже кружат над моей головой.