Светлая ведьма для Темного ректора (СИ)

Да, помешан. Но в этом-то и проблема. Сердце сжимается от беспокойства и страха. Если он пойдет в своего папу, то однажды его начнут преследовать инквизиторы. Все, на что я могу надеяться, — что в нужный момент я окажусь рядом и смогу предотвратить непоправимое.

— Не могу поверить, что с завтрашнего дня переезжаю в Академию, — переодеваясь за ширмой в домашнее платье, делюсь своей радостью.

— Неужели старик все-таки пошел на уступки и разрешил аспирантке заселиться с ребенком? — недоверчиво спрашивает Бетти.

— Сказал, что талант нельзя зарывать из-за нелепых ошибок, — я заправляю под платок волосы и иду накрывать на стол. — Он даже работу помощницы ректора предложил. Сразу трудовой контракт подписал!

Бетти удивленно смотрит на меня и качает головой. Неужели она подумала что-то не то?

Но сейчас даже ее домыслы не омрачают моей радости. Я действительно рада, что наконец-то смогу перестать перебиваться подпольными заработками, чтобы купить еду и нужные ингредиенты зелья для Аллана.

Внезапно раздается громкий стук в дверь. Условный — три коротких-два длинных. По мою душу. И почему именно тогда, когда я уже почти завязала с этим? Бросаю на Бетти короткий взгляд. Она сразу же все понимает и ласково уводит Аллана к себе через черный ход.

В щелку приоткрытой двери просовывается запыхавшееся лицо старого приятеля.

— Я больше не лечу, Фил, — отрезаю я и собираюсь закрыть дверь, но он останавливает ее своей лапищей.

— Погоди, Лей, — громко шипит он. — Никто из других не справится. Я такой силы дракона еще не видел.

— И как это должно повлиять на мое решение? — прищуриваюсь, глядя на него, и понимаю, что есть в этом драконе что-то особенное.

Фил мнется, оглядывается и совсем тихо говорит:

— Он долгое время прикрывал нас от инквизиторов.

Я понимаю, что теперь отказать точно не могу. Этот загадочный человек действительно несколько раз уводил от нас королевских ищеек. Скрываюсь в подвале, захватываю все необходимое и накидываю на голову шаль.

— Веди уже, — киваю я, поправляя края так, чтобы почти не было видно лица. — Но это в последний раз!

Мы бежим по темным улицам, выбирая те подворотни, в которых вообще не попадают лучи света.