Я заметил много молодежи — здесь ковали кадры училища при заводах, да и школ было в избытке. Район оказался оживленным до такой степени, что нам пришлось долго стоять в пробке.
Выборгскую сторону начали застраивать еще в конце позапрошлого века, но при этом на меня не давило однообразие промышленных построек, как это было в Автово. Быть может, дело было в парках и зеленых скверах — местные власти явно пытались отстоять немного свежего воздуха.
— Скоро приедем, — оповестил водитель. — Ну и местечко…
Автомобиль выехал на Сердобольскую улицу, и здесь, как и на любой промышленной окраине, было уже не так уютно.
Высокие доходные дома чередовались с пустырями, заброшенными постройками и ветхими сараями.
Посреди нескольких деревянных бараков, словно башня из кубиков, высился внешне ничем не примечательный пятиэтажный кирпичный дом. Перед ним была разбита парковка, а в палисаднике кто-то развесил сушиться постельное белье.
Водитель остановил автомобиль перед одним из двух подъездов.
— Аграфена, вы уверены, что вам нужно именно сюда.
Помощница сверилась с запиской.
— Сердобольская, дом тридцать пять… Жилой дом.
— Ну… Удачи, что могу сказать… Быть может, не стоило приезжать сюда без охраны?
Мы с Феней переглянулись и одновременно засмеялись. Водитель укоризненно покачал головой.
— Самоуверенность до добра не доводит, юные господа. Я предупрежу Васильева и сообщу адрес. На всякий случай.
— Конечно, Лаврентий, — кивнула Аграфена.
Васильев был кем-то вроде шефа нашей семейной службы безопасности.
У каждого более-менее обеспеченного дворянского рода была своя служба охраны. Магия — дело хорошее, но ее применение тоже было зарегулировано.
По большому счету, в обычной жизни дворянин имел право применять силу только в случае угрозы безопасности. Так что, например, моя выходка с Дианой в бутике и правда выходила за рамки. Но этот вопрос я замял — пока что. Продавщица имела право подать иск в дворянский суд и призвать меня к ответу. В моем случае это был бы штраф, ну и огласка — куда же без нее.
А нам пока что лучше обходиться без скандалов…
Пока водитель связывался с Васильевым, я помог Аграфене выйти, и мы уставились на кирпичный дом.
— Квартира номер десять, — сказал я. — Первая парадная, получается.
— Да. И, судя по всему, второй этаж. Или третий.
Мы направились к подъезду по вытоптанной тропинке. Между деревьями были натянуты бельевые веревки, в старой беседке двое колоритных дедов играли в домино, сопровождая это распитием пива.
