«КАТЯ + САША = ЛЮБОВЬ», — гласила стена у лестницы.
«КУПЛЮ ГАРАЖ», — напоминало о насущном бумажное объявление.
Аграфена чувствовала себя все неуютнее, а я с интересом изучал наскальную живопись местных аборигенов. И ведь никто даже не пытался закрасить… А ведь дом был хорошим! Явно старый купеческий «доходник», в котором, должно быть, раньше жил квалифицированный персонал. Просторный подъезд, широкая лестница, коммуникации по уму сделаны… Немного вложиться хотя бы в косметический ремонт — и дом станет конфеткой!
Но люди словно сами не хотели перемен к лучшему.
Кто-то робко поставил сделанную из-под банки кофе пепельницу на подоконник, а соседи все равно продолжали тушить бычки о землю в цветочном горшке…
— Десятая, — шепнула Феня, когда мы вышли на лестничную площадку третьего этажа.
Я тут же нажал на старенький звонок. Из-за двери донеслась противная трель.
Мы ждали. Аграфена нервно переминалась с ноги на ногу.
Я позвонил снова — противный звук снова зазвучал в глубине квартиры.
Но снова никто не ответил.
— Дохлый номер, — вздохнула помощница.
— Подождем еще. Вдруг человек в уборной.
Сам я тем временем ментально связался с Чуфтой и велел духу найти нужное окно. Соображалка у чайки пока была маленькая, но переданной мною информации должно было хватить, чтобы Чуфта сориентировалась. Я отправил ей подробный мыслеобраз, и чайка принялась искать.
— Никого нет дома, Алексей Иоаннович. Должно быть, журналист действительно куда-то уехал.
— Феня, погоди немного.
Девушка удивленно на меня уставилась, но я сейчас был здесь лишь наполовину — часть сознания находилась вместе с Чуфтой, контролируя ее полет.
Чайка пролетела вдоль всего ряда окон на третьем этаже. Я снова позвонил в дверь, чтобы помочь птице сориентироваться.
Вот! Нашли!
Чуфта подлетела к самому большому окну квартиры и отправила мне мыслеобраз.
'Полутемная комната в большом беспорядке, словно в ней орудовали воры. Сваленные в кучу книги, бумаги, опрокинутый стол. Следы борьбы — сорванный дверной косяк, сломанный стул с оторванной ножкой, разбитый монитор компьютера…
В середине комнаты, опустив голову, сидела привязанная к стулу худая фигура в каком-то балахоне.
Лицо было скрыто отросшими волосами. Напротив пленника стоял человек с пистолетом'.
Глава 18
Я напряг Чуфту, и чайка передала еще один мыслеобраз.
'В комнате было четверо. Помимо фигуры на стуле и державшего ее на мушке мужчины еще один бугай дежурил на пороге, а второй…
В соседней комнате на кровати лежал старик.
