Или хотя бы проведите какое-то время с теми людьми. В общем, отвлеките церберов, пока я работаю.
Я кивнул.
— Сделаю.
— Потом я вернусь и дам вам знак. Сориентирую, что делать дальше.
— Не знаю, как вас благодарить.
— Я уже сказал, как вы можете это сделать. Дети болеют.
Что ж, такая принципиальность была достойна восхищения. Нужно будет побольше узнать об этом враче и найти способ как-то помочь помимо пожертвования больнице. Вдруг у него машина требует ремонта или квартиру надо подлатать…
Первой вывозили Оксану.
Доктор бросил карту на ее каталку так, чтобы была видна фамилия «Григорович», и вместе с медсестрой они толкнули дверь.
К ним тут же подлетел мужчина в форме «Четверки».
— Кого вы везете?
— Жертву домашнего насилия и зеленого змия, — невозмутимо ответил доктор. — Дайте дорогу, ее нужно перевезти в стационар.
— Подождите.
Я напряженно вслушивался. Особист пошелестел листами карты…
— Кого вы ищете? — перехватил инициативу врач.
— Костенко.
— Так вон, в палате. Оба. Первая и вторая секции.
Дайте нам дорогу, пожалуйста. Наверху ждет персонал.
Судя по звукам, особист посторонился, и каталку принялись везти дальше по коридору. Я тоже решил присоединиться к театральщине и вышел в коридор.
— Прошу прощения, кто искал Костенко?
Трое мужчин в серо-зеленых мундирах резко обернулись на мой голос.
— Вот и его светлость пришел, — протараторил мой безопасник. — Подробности лучше уточнить у него. И документами, пожалуйста, не размахивайте. Людей пугаете…
Самый старший — судя по знакам отличия, майор, направился ко мне.
— Алексей Иоаннович?
— Он самый. С кем имею честь?
— Майор Константинов. Мне нужно поговорить с жертвами аварии.
Я печально улыбнулся и всплеснул руками.
— Я бы тоже хотел, господин Константинов… Только оба в медикаментозном сне.
— Вы позволите?
Я посторонился, пропуская майора в палату. Двое других особистов остались в коридоре.
Константинов заглянул за первую ширму, увидел покрытого синяками старика в отключке, скользнул взглядом по его браслету…
— А женщина?
— Примерно в таком же состоянии, вот она, — показал я на соседний отсек.
— Не думаю, что в ближайшие часы они очнутся. А у дамы и вовсе повреждена челюсть…
Константинов смерил меня долгим и внимательным взглядом. Начал что-то подозревать? Или просто изучал меня, пытаясь понять, на что я способен. В конце концов, я ведь был их потенциальным «клиентом», как и всякий одаренный. К слову, перстень на руке майора был рубиновым. Весьма неплохо.
