А прослушивают у нас все те же государевы люди… Значит, решил что-то копать неофициально?
Оба наших автомобиля остановились во дворе, и лишь когда ворота закрылись наглухо, Аграфена вывела обоих Костенко из машины Лаврентия. Матушка велела помощнице отвести свидетелей в гостиную, но тут входную дверь распахнула другая ассистентка светлейшей княгини — Яна.
— Ваша светлость! — перепуганная девушка слетела вниз по ступеням. — Я не знала, что делать, уже собиралась вам звонить… У вас гость. Тот, из «Четверки». Он весь в крови… Кажется, в него стреляли.
Не уверена, но…
— Быстро наверх! — велела мать. — Зови лекаря.
— Уже! Едет!
Мы с княгиней бросились вверх по ступенькам, оставив обоих Костенко на Аграфену. Помощница знала, что делать. Яна же засеменила позади нас, лишь успев крикнуть:
— Он в гостиной!
Лестничный пролет, длинный коридор с помещениями для слуг, снова лестница, крайняя дверь…
— Женя!
Матушка распахнула двери, и я увидел полулежавшего на диване Черкасова. Он был в сознании, но лицо стало белее мела.
Наспех брошенный окровавленный пиджак валялся на ковре. Белая рубашка тоже пропиталась красным. Возле Черкасова суетился с аптечкой управляющий дома.
— Как хорошо, что вы приехали, ваша светлость, — запричитал он. — Здесь первой помощью не обойдешься. Кажется, три пулевых…
— Четыре… — прохрипел экспедитор. — Я не успел поставить защиту…
— Молчи!"
"Не сговариваясь, мы с княгиней бросились к Черкасову, уже связывая эфир в заклинание боевого лечения. Сейчас у матушки запас сил был побольше, но и я не стал халтурить.
Княгиня схватила руку экспедитора, проверяя ток жизненной силы.
— Скверно.
— Знаю, — ответил Черкасов. — Иначе сюда бы не пришел. Информатор… Я встречался с информатором, и тогда…
Он начал отключаться, и мне пришлось привести его в чувство пощечиной.
— Смотрите на меня! Оставайтесь в сознании.
Все это нравилось мне меньше и меньше. Но сейчас следовало вытащить Черкасова. Применив несколько подходов с заклинаниями, я сорвал с экспедитора грязную рубашку и уставился на раны.
— Нужна магическая хирургия, — сказал я. — Не рискну за такое браться.
— И не нужно, — покачала головой мать. — Даже я не стану пробовать.
— Авдеева уже в пути, — проговорила вошедшая Яна. — Будет через пять минут. Она живет неподалеку и сразу сорвалась, когда я позвонила.
— Пять минут я уж точно продержусь, — попытался улыбнуться Черкасов.
В этот момент по коридору мимо гостиной проходили Аграфена и оба Костенко.
