Постоянное присутствие артефакта со слабым излучением силы Искажения также могло влиять на сознание. Перепады настроения, агрессия, тревожность, несдержанность. Когда я еще послушником проходил отбор в Орден, одним из испытаний на профпригодность как раз была способность длительное время находиться под слабым воздействием инородной силы. Это первая ступень к развитию восприимчивости и умению манипулировать энергией Искажений. И на ней срезались восемьдесят кандидатов из ста.
— Скажи, Виктор, ты трогал артефакт до того, как применил его на мне? — спросил я.
— Ты прикасался к нему? Держал его в руках или просто долго находился близко к нему?
Брат задумался.
— Так, мне передали его в бархатном мешочке, я положил его в нагрудный карман… Потом выложил, уже дома. В руки брал, да. Рассматривал… После несколько раз брал с собой. Мне ведь сказали, что это средство для самозащиты…
Сходится. Он достаточно контактировал с предметом. Неподготовленный маг, да еще и средненького уровня, мог легко поддаться влиянию.
Оставалось совершить финальную проверку. Благо это я мог устроить.
Я поднялся со стула, и брат тут же опасливо шарахнулся в сторону.
— Да не бойся ты, сейчас-то зачем мне тебя бить? — Вздохнул я. — Дай руку.
— Зачем?
— Руку дай, говорю. Все будет нормально.
Придется вспомнить навыки глубокой энергодиагностики. Ох, давненько я этим не занимался сам, в Ордене были свои энерголекари. Но знания никуда не делись, так что попробуем.
— Сейчас сиди смирно.
Виктор не успел опомниться, как я сотворил маленький ледяной ножичек и надрезал кожу на ладони брата.
— Ой!
— Ну что ты ноешь? Это ж как комарик укусил."
"На ладони проступила кровь, и я тут же поддел ледяным ножичком капельку.
— Что ты делаешь, Леша?
— Да так, нашел старый метод в одной книжке. Не уверен, что сработает, но попробую.
— Что должно сработать?
— Заткнись и не мешай.
Пришлось потратить свою частичку инородной силы, чтобы служила маркером для диагностики. Я соединил ее с эфиром и принялся раскладывать на элементы.
Брат, к слову, был вполне здоров, разве что на жирное надо налегать поменьше.
Преобразованную капельку я вернул на порез, чтобы она вступила в контакт с кровью Виктора.
— И что теперь?
— Ждем.
— Чего? — спросил брат и внезапно схватился за голову. — Ой! Как больно…
— Вот этого, — вздохнул я. — Значит, засело оно у тебя в голове.
Теперь я сканировал все его тело, словно огромная диагностическая машина.
