Обычно матушка держалась отстраненно и подобных фамильярностей себе не позволяла.
Экспедитор обреченно вздохнул.
— За три месяца поступили заявления от графа Безбородко — напали на его дочь, напали на младшего сына князя Одоевского, сына графа Ламздорфа, княжну Ефимовскую… Теперь вот на вас…
Я хмыкнул. Немало. И все фамилии на слуху в Петербурге и за его пределами. Все Дома — довольно сильные, там хорошая наследственность по линии Потенциала.
— Жертвы были?
— Только ранения, — покачал головой экспедитор. — Все смогли отбиться.
Чаще всего при них были одаренные охранники или сильные представители старшего поколения семей. Поэтому преступники не преуспели. И все покушения были чем-то похожи на ваши. Все совершалось исподтишка. То бросят гранату с отравляющим газом, то заложат взрывное устройство…
— Тогда почему этим делом занимаешься ты, а не экспедиторы из Третьего отделения?
«Тройка» у нас была высшим органом политической полиции и занималась в том числе простолюдинами. В покушении на нас неаристократический почерк был налицо: никакой магии, только доступные обычным преступникам средства.
Черкасов подался вперед и понизил голос.
— Исполнители — неодаренные. Но я подозреваю, что заказчик может быть из дворянских кругов. Тем более все жертвы покушений — молодые люди. Многие еще не прошли Испытание и не получили подтверждение Ранга.
Мы с матерью переглянулись.
— Сначала Указ о всеобщей дворянской повинности, чтобы набрать побольше магов на службу империи. Затем кто-то начинает пытаться устранить тех, кто должен отправиться на службу, — я уставился на княгиню.
— Кто-то очень не хочет, чтобы штат подготовленных магов увеличился.
Черкасов кивнул.
— Именно поэтому этим и занимается Четвертое отделение. Есть гипотеза, что это может быть выгодно противникам Указа. Сам указ прошел через голосование Совета регентов, но «за» высказались не все. Поэтому я считаю, что многие молодые дворяне сейчас в опасности.
— Что-то не сходится, — отозвался я. — Почему тогда методы столь ненадежные?
— Пытаются замести следы и списать все на революционные группировки простолюдинов, — пожала плечами мать.
— Это уже не первый раз, когда аристократия воюет руками неодаренных. Здесь качество заменяется количеством. После трагедии, в которой погиб мой брат, первые два года были вспышки подобных восстаний. Ничего удивительного. Тогда на трон взошел маленький мальчик, при нем создали Совет регентов, и все боролись за власть, используя в том числе и народ.
