Свежий ветер (СИ)

И пусть я не имел возможности сделать то, чего хотел в этот момент больше всего на свете, но по крайней мере в моих силах было облегчить ее боль.

- Откуда ты… - начала Джена низким хрипловатым голосом, и этот звук заставил меня остро ощутить ту часть моего тела, что я пытался игнорировать на протяжении последних нескольких минут. Втянув воздух, я, казалось, почувствовал вкус пряной ванили на кончике языка.

- Страдая от мигреней так часто, как я, невозможно не выучить парочку трюков, - мягко произнес я, не в силах остановить расползающуюся на лице ухмылку в ответ на ее слабую улыбку; Шепард все еще не открывала глаз.

– Боль вернется, но к тому моменту должно подействовать болеутоляющее.

Неожиданно она подняла руку и накрыла мои пальцы своей ладонью, и я обнаружил, что гляжу в ее янтарные глаза, в которых отражался голубоватый свет медотсека. Сердцу вдруг стало тесно в груди."

"- Ты должен остановиться, - сказала она, и неуверенность закралась в мою душу. Неужели я переступил черту? – То есть… мне нравится, - продолжила Джена, и ее лицо разгладилось, утратив хмурое выражение, а губы приоткрылись, словно она взвешивала каждое слово, - но я не хочу привыкать к этому, потому что рано или поздно ты остановишься.

У тебя хорошо получается это, Аленко. Слишком хорошо.

Я прижал мизинцы к ее затылку, нашел нужные точки и принялся вычерчивать маленькие кружочки, отчего Шепард снова издала тихий стон и чуть сжала мою ладонь. И пусть сейчас боль отступала, я знал, что мигрень зачастую оставляет человека слабым и уступчивым, будто котенка.

Непривычно было видеть Джену в таком состоянии, но я радовался тому, что в моем присутствии она не считала нужным притворяться.

- Значит, ты хочешь, чтобы я остановился, потому что… тебе это нравится, и ты не желаешь разочаровываться, когда мне придется остановиться?

Проигнорировав слова Шепард, я продолжал поглаживать ее виски, буквально ощущая, как с каждым моим движением напряжение покидает ее тело, и жар спадает.

- Да, - прошептала она, глядя на меня горящими глазами; я вдруг подумал, что никогда в жизни не видел никого прекраснее, и если мне не суждено еще больше сблизиться с ней, то, может быть, – может быть – того, что я имел сейчас, будет достаточно.

Ее теплая, мягкая ладонь все еще покоилась на моей. – Но когда ты излагаешь это подобным образом, это звучит глупо. Кажется, туман в моей голове еще не до конца рассеялся, и…

- И ты знаешь, что мне все равно нечем больше заняться, да? – усмехнулся я.