Священник

Аарона и Моисея почтительно препроводил во дворец целый эскорт солдат. Прежде чем увидеть правителя, Аарон услышал его возглас. Выкрикивая проклятия, фараон сбросил лягушку со своего трона. Многоголосое квакание раздавалось по всему огромному залу. Аарон чуть заметно улыбнулся. Очевидно, богине Хекет не удалось отозвать своих жаб обратно в воды Нила.

Рамсес бросил на них пристальный взгляд.

— Молите Господа убрать жаб от меня и моего народа. Я отпущу ваш народ, чтобы они принесли жертвы Господу.

Аарон ликующе посмотрел на Моисея, ожидая слов для фараона, но на этот раз Моисей заговорил сам, медленно и с большим достоинством:

— Установи время! — ответил Моисей.

 — Скажи мне, когда ты хочешь, чтобы я молился о тебе, твоих советниках и твоем народе. Я помолюсь, чтобы ты и твой дом были избавлены от жаб.

— Сделай это завтра! — Фараон откинулся на троне, но вдруг дернулся вперед, вытаскивая из-за спины лягушку, которую тут же швырнул в стену.

Быть может, правитель все еще надеялся, что его священники одержат верх, хотя для всех присутствующих было очевидно, что количество лягушек растет с угрожающей скоростью.

— Хорошо, — сказал Моисей, — да будет по слову твоему. Тогда ты узнаешь, что нет никого сильнее Господа Бога.

Господь ответил на молитву Моисея. Лягушки перестали прибывать. Однако они не вернулись в воды, из которых пришли, как ожидалось. Вместо этого они умирали на полях, на улицах, в домах, в кухонной посуде как у египтян, так и у евреев. Люди собирали мертвых жаб и складывали в большие кучи.

Вонь от быстро разлагающихся лягушек окутала всю египетскую землю, словно облако.

Аарона запах нисколько не беспокоил. Он предвкушал, что всего через несколько дней они будут уже в пустыне, вдыхая свежий воздух и поклоняясь Господу.

Моисей сидел молча, голова покрыта накидкой.

Мариам шила мешки для зерна, готовясь в дорогу.

— Почему ты такой грустный, Моисей? Фараон ведь согласился отпустить нас, — поинтересовалась она.

На следующее утро появились солдаты.

Как только они ушли, еврейские надзиратели приказали людям немедленно возвращаться к работам.

Радость быстро сменилась злостью и отчаянием. Евреи обвиняли Моисея и Аарона в том, что они были поводом для фараона сделать их жизнь еще более невыносимой.

Аарон и Моисей подчинились Господу.

Перед ними самодовольно восседал на троне правитель Египта.

— Почему это я должен вас отпустить? Это Хекет прекратила нашествие лягушек, а не ваш бог.