Святой: гарпун для Акулы

Гаглоев сильно орал на Савла, говорил, что тот его подставил, что он не скупщик краденого! Жила этот Гаглоев. «Деревянных» отстегнул и дури на всю кодлу по разу затянуться! — Котя обиженно шмыгнул носом. — Наколол Гаг.

— Он в городе? — спросил Святой, понимая, что вопрос этот риторический.

— Смылся утренним поездом! Товар получил и сразу в Москву бортанулся. Мы с Савлом ему кубок отвозили.

По всему было видать, парень говорил правду: от страха он не помнил себя.

— Столичные координаты Гаглоева знаешь?

— Нет. Работает для отмазки кем-то…

Парень запнулся, стараясь вспомнить.

— Где работает? Шевели мозгами, пока из ушей не потекли!

— В галерее… — простонал Котя. — Пусти, больно… Не помню названия, честное слово, не помню…

— А если харей в духовку? — жизнерадостно предложил Серегин и сбросил парня с кресла на пол.

Извиваясь ужом, Котя отполз в угол комнаты и скорчился в позе эмбриона.

— Ну что вам, волки, от меня надо?! — по-щенячьи взвизгнул он. — Все, что знал, рассказал! Мне без вас Савел кишки на локоть намотает! Батяню загасили…

Перепуганная троица пьянчужек жалась в дверях.

— Мужики, вот вам пузырь… — прошептал он, многозначительно подмигнув, — идите в свой свинарник, добирайте градус и не мешайте душевной беседе!

Команда алкоголиков с проспиртованными потрохами по достоинству оценила щедрость гостей и не стала задерживаться.

— Крепка злодейка, даже вкуса не чувствуется…

Савел был пунктуален. Ровно в половине двенадцатого прозвенела всемирно известная мелодия «Подмосковных вечеров». Видимо, зная нравы обитателей квартиры, долгожданный гость двинул пару раз ногой по двери.

— Открывай, Котя! — повелительно крикнул он.

Святой вывел сопляка в коридор и предупредил:

— Пикнешь, скотина, живым в землю закопаю!

Рокер-сатанист на негнущихся ногах подошел к двери.

Сзади его вялую руку заломил Святой. Надо было только оттянуть защелку замка.

— Шухер, сматывайся! — корабельной сиреной взревел молокосос, чей страх перед ублюдком-наркоманом оказался сильнее страха перед пытками.

Механически Святой провернул руку Коти до ломового хруста костей. Дикая боль заставила паренька исполнить оригинальный балетный номер: сначала он встал на цыпочки и вытянулся всем телом вверх, а затем с хрипением рухнул вниз.