Святой: гарпун для Акулы

У обочины шоссе их ждали неприметные подержанные «Жигули» шестой модели с дугами багажника на крыше. Такой вид транспорта предпочитают дачники и не слишком обеспеченные горожане. Гаишники отводят взгляд от подобных колымаг, потому что у их хозяев деньги на взятки не водятся.

Банников и парень в черной джинсе заняли задние места.

За рулем, поерзав, устроился долговязый. Вставив ключ в замок зажигания, он запустил стартер. Колеса «шестерки» провернулись, выбросив из-под протекторов струйки придорожного желто-серого песка.

Когда машина тронулась с места? генерал с шумом выдохнул воздух:

— Что, Влад, первый этап преодолели?

Парень закурил сигарету, выпустив дым через ноздри.

— Твои слова да богу в уши, — угрюмо произнес Банников и замолчал.

Не так мечтал Петр Михайлович покинуть Россию. Но обстоятельства складывались не в его пользу. Он действовал слишком самоуверенно и нагло, добывая заказанный товар.

Влиятельные покровители намекали, что генерал зарвался и последствия могут быть самыми плачевными.

А потом Банникову сказали прямым текстом:

— Тебе, Михалыч, лучше испариться. В Кремле новый хозяин. Он ворье на дух не переносит, а ты слишком далеко зашел. Сматывай удочки, пока цел. Наворовался!

Покровители тряслись за свои шкуры и чиновничьи кабинеты. Банников, торгующий ворованным вооружением, совершал государственное преступление и, следовательно, в друзья при изменившейся обстановке не годился. Кто не друг, тот враг. А врага, по железно действующему правилу, надо уничтожать. Петр Михайлович сам всегда поступал таким макаром.

От сделки Петр Михайлович, однако, не отказался. Товар ждал покупателя, а личные банковские счета Банникова — пополнения.

Киллер доставил генерала и его спутника в аэропорт. Билеты, приобретенные по паспортам с вымышленными фамилиями, у контрольных служб подозрения не вызвали.

Бывший разведчик принципиально не пользовался дешевыми подделками.

Улететь на противоположный край страны они намеревались втроем. Сноровистый киллер мог пригодиться на втором, заключительном этапе плана. Но в аэропорту перед посадкой в самолет Банников скомандовал:

— Лютик, ты остаешься!

Сосавший из жестяной банки кока-колу долговязый поперхнулся, пустив на подбородок коричневую жижицу слюны.